Во имя очищения

Я инстинктивно посмотрел на свою левую руку и попытался представить себя в подобном положении… Да я бы скорее зубами порвал пачку, чем так мучился.

Поднявшись со своего места и приблизившись к неизвестной мне даме, я взял упаковку и потянул пальцы в стороны. Раздался привычный хлопок, и из пачки донесся запах сухариков. Вернув упаковку хозяйке, я наконец взглянул на ее лицо. Девушка сидела в изумлении. Похоже, она решила, что я собирался забрать пачку себе, а теперь не знала, благодарить меня или гнать прочь.

– Пожалуйста, – процедил я, не дожидаясь благодарностей. В этот момент я заметил под плащом незнакомки ее правую руку. Она была полностью загипсована. Теперь ясно из-за чего возникли проблемы с упаковкой.

Девушка ничего не ответила и лишь опустила взгляд на пачку. Достав оттуда один сухарик, она приложила его к губам и начала слегка посасывать, пока тот совсем не стал мокрым. Подобное действие она повторила и со следующим. А я лишь стоял на месте, наблюдая за тем, как девушка причудливо ест.

И вроде бы мне уже давно надо было идти, но я продолжал стоять и смотреть. Мы ничего не говорили, да и, похоже, девица старалась меня игнорировать.

Меня отвлек звонок от Зои. Малышка уже начала волноваться. Да и Елизавета Павловна не давала ей дома спокойствия, мучая расспросами.

Первоначально я думал, что моя голова будет забита проблемами, вроде ночевок Зои или помощи Кате. Но все, о чем я думал весь вечер, – это незнакомка из парка. А точнее, меня мучил лишь один вопрос: зачем так есть сухарики?

Запись 3.

Оранжевые ягоды

Так, кто здесь живёт до сих пор, говорите!

Кого я здесь встретить могу?

Кого опасаться мне стоит в рассвете?

С кем не вступать в непроглядную мглу?

16 июня; 7:56

Руки Зои придерживали мои запястья, лишая их любой свободы действия. Вчера вечером девушка довольно быстро заснула, поэтому решила отыграться с утра пораньше. Я всегда знал, что Зоя была ранней пташкой, и воспринимал это как должное.

Но после вчерашнего «выходного» моё тело не было способно даже реагировать на ласки малышки. Именно поэтому я пытался несколько раз отстраниться и лечь дальше спать, однако все мои попытки закончились тем, что меня полностью лишили рук. Ну, а точнее, попросту обездвижили.

– Ты какой-то вялый… – проговорила маньячка, восстанавливая дыхание. Ее остренький подбородок лег мне на грудь, из-за чего на коже появилось неприятное ощущение, как будто её сильно зажали.