Железная маска

Затем он придвинул табурет, сел за стол и продолжил:

– Боюсь даже спрашивать, как вам удалось выпутаться из последнего приключения! Вижу только, что вы целы и невредимы.

– Не только! Теперь у нас есть новый товарищ, который хочет нам помочь.

Росарж перевел взгляд на Ивонну, не отрывавшую глаз от окна.

– Вот это да! – воскликнул он. – Не думаю, чтобы от него было много прока. Ну и сопляк.

– Не советовал бы я тебе скрестить шпагу с этим сопляком.

– А себе?

– Я уже пробовал…

– Что за черт! – вскричал Росарж.

– Я не могу отойти от окна, – ответила Ивонна.

– Гром и молния! – сказал Фариболь. – Это верно. Мы должны следить за дворцом.

– Ну и ну! – покачал головой Росарж. – Вы, друзья, не теряете время даром: едва закончили одно предприятие и тут же впутываетесь в новое!

– И приглашаем тебя в нем поучаствовать.

– Ну уж нет, капитан, на этот раз предпочту воздержаться! – ответил Росарж. – Каким бы благим делом вы ни собирались заняться, мое предложение лучше.

И в подтверждение своих слов он бросил на стол кошелек, туго набитый золотыми монетами, а затем, заявив о своем желании отпраздновать встречу, отправился на поиски трактирщика и кувшина вина.

– Вы уверены в этом человеке?

– Как в себе самом. Он один из наших лучших друзей. Верно, Мистуфле?

– Да, хозяин. А судя по этому кошельку, дела его идут неплохо.

– Вот поэтому и следует быть осторожными, – заметила Ивонна.

Увидев в дверях Росаржа и трактирщика с целой охапкой бутылок, девушка вернулась к наблюдению за дворцом.

– Поставь их на стол, – грубо распорядился Росарж. – Бери деньги и убирайся!

Трактирщик молча повиновался. Росарж разлил вино по стаканам и жестом пригласил всех присутствующих принять участие в застолье.

– Выпьем и поговорим, – сказал Фариболь. – Друг мой, мы поклялись душой и телом защищать одного молодого дворянина… очень знатного… скажем прямо, принца…

– Ну я же говорил, что ваше дело в сравнении с моим – сущая чепуха! Вы хотите защищать какого-то там принца, а я предлагаю вам послужить королю и, заметим себе, не просто королю, а его величеству Людовику Четырнадцатому.

– Людовику Четырнадцатому? – вскричал пораженный Фариболь.

– Ба! – воскликнул Мистуфле и, чтобы хоть как-то выразить свое презрение, поставил локти на стол.