Знак ворона

Народ уставился на меня из сумрака, барменша окинула меня взглядом и снова взялась протирать бокалы. Наверное, посчитала меня очередным искателем сокровищ. Большинство любителей полудневной выпивки из тех, что близость к ней предпочли прохладе снаружи, не обращало на меня внимания. У них хватало и своих проблем.

Я подошел к стойке. Бочонки с элем и бутылки с чем-то похожим на виски так и манили меня, но я решил не слушать их самоубийственный зов и обратился к барменше. Ее рыжие кудряшки были собраны в пучок на голове, на голой шее красовалась золотая цепочка.

– Я тебя знаю, – сказала она. – Эти твои тряпки меня не обманут. Ты тут потише. Кое-кто не хочет попадаться тебе на глаза.

А, дезертиры. Кто бы подумал, что сбежавшие от Морока околачиваются так близко от него. Впрочем, людей всегда тянет к знакомым местам.

– Ну, если заметишь их – подскажи, – предложил я.

– Нам тут погрома не надо. Хочешь – лови сам. И снаружи, а не внутри.

– Я не погромы устраивать приехал.

– Нолт, – ответила барменша. – По крайней мере, еще вчера был здесь. Хотя он работы не ищет. Перегорело у него. Сидит и травит байки про свои приключения.

Я поблагодарил и, вопреки своим лучшим намерениям, таки глотнул двойного виски. Оно пошло гораздо лучше, чем я ожидал. Я заплатил больше, чем следовало, и уже хотел идти, но на выходе нарисовались трое типов с неласковыми выражениями на лицах.

– Похоже, вы хотите со мной переговорить, – заметил я.

Хотя «переговорить» было не совсем нужным словом. На типах – доспехи, собранные из разномастного дерьма, скверно подогнанные и в пятнах ржавчины. Первый – коротышка с заплывшим глазом. Вторая – высокая, щербатая и страшная баба. Третий – пропитый и брюхастый, с пышными бакенбардами до подбородка. Мечи пока в ножнах. Несомненно, эта троица видела, как я подъезжаю, и успела приодеться, пока я пил. Все считают, что выпивка меня рано или поздно прикончит. Что да, то да – но эти трое явно поторопились.

– Мы знаем, кто ты, – выдавила баба.

Похоже, их лидер. Только у нее в глазах хоть какое разумение. И пару ее дружков я узнал. В смысле, не в лицо или по имени, а сам тип. Чтобы быть солдатом, нужны дисциплина, крепость духа и толика дерзости. Дезертиру хватает лишь последнего. Типы думали, что я охочусь за ними. Если б я знал их имена, то, наверное, охотился бы. Но я не ожидал драки и явился легковооруженным.

– Я не за вами, – сказал я им.