Черные крылья

Тот, кто грохнул приспешников, может околачиваться поблизости. Моя рубашка взмокла под доспехом.

Мы вернулись по собственным следам в устье расщелины, вскарабкались по осыпи, подгоняемые страхом, но удерживаемые осторожностью. Головы болтались в самодельном мешке на моем поясе. Да, Ненн права: тяжелые. Но мы все равно очень быстро лезли по мешанине щебня и окаменелых кореньев. Я постоянно оглядывался и оттого поскальзывался. Бешено колотилось сердце, к глотке подкатывала тошнота. Не удивлюсь, если снаружи нас ждут не компаньоны, а разодранные трупы.

Пришлось напомнить себе, что кровь была засохшей. Убийца сделал работу и ушел.

Фу, зря боялся. Мои засранцы радостно заорали, завидев нас с окровавленным мешком.

– Все гладко? – спросил Тнота.

Я сделал вид, что не расслышал, и заорал:

– Отъезжаем! В седла, шевелите вонючими задницами! Кто через полминуты не в седле, остается здесь!

Радость улетучилась. У меня никудышная команда, но настроение они хватают с лету. Ненн чуть не с земли запрыгнула в седло.

Народ не представлял, что нас так напугало. И не надо ему знать.

– Как думаешь, сможем к вечеру добраться до станции? – спросил я Тноту.

– Вряд ли. Мы самое малое в шестнадцати стандартных милях от границы. Восходит красная луна, она кривит нормальные маршруты. Если хочешь идти прямо на запад, мне нужно час прокладывать маршрут.

– Потом проложишь, – решил я и, верный слову, сунул ноги в стремена и погнал галопом.

Я скакал, глядя на запад, пока не скрылась из виду Пыльная расщелина, и потом до тех пор, пока лошади не выбились из сил.

– Капитан, нужно остановиться, пока я не потерял все ориентиры, – не унимался Тнота. – Вы же знаете, что бывает с потерявшимися.

Я неохотно замедлился до шага, и через полмили мы остановились.

– Побыстрее! – приказал я. – Проложи самый скорый путь домой.

Находить дорогу в Мороке тяжело. Без хорошего навигатора можно гнать изо всех сил и через три дня обнаружить, что описал полный круг.

И это еще одна причина, по какой я не пускаю Тноту в стычки. Неизменны в Мороке лишь три луны: красная, золотая и синяя. Наверное, они слишком далеко, чтобы их отравила сочащаяся из земли ядовитая магия.

Я пошел отлить за камень и, уже застегиваясь, почувствовал, как закололо с внутренней стороны левого предплечья. Застегнулся до конца и сказал себе, что почудилось.

Увы, нет. Становится горячо. Уже не перепутаешь. Черт возьми.