Крадущая сны

Доступно объясняю?

– Заявление примите, пожалуйста, – робко предложила рыжая. Капитана словно подменили, вкрадчивый голос изменился на казенный тон, а напускное сочувствие слезло с лица, будто тень от полуденного солнца. Дернув мышкой, вывел компьютер из гибернации.

– Фамилия, Имя, Отчество? – грубо спросил полицейский.

– У вас же паспорт перед глазами, – недоумевая, произнесла Лиза.

– Государственным языком Российской Федерации владеете? Или вам переводчик нужен? Фамилия? – чеканя слова, будто ритм метронома, спрашивал капитан.

– Мизгирёва Елизавета Демидовна, – приняв правила игры, произнесла девушка.

– Дата и место рождения? Адрес по прописке, – продолжал заполнять бланк дознания мужчина.

– Тринадцатого мая двухтысячного года. Поселение Мазгут*. Самарская область, адрес: Мазгут. Улица полевая, дом тринадцать, – быстро проговорила рыжеволосая.

– Замужем?

– Нет.

– Образование?

– Обще-специальное, курсы кройки и шитья, – с маленькой заминкой произнесла Мизгирёва.

– В сельской школе? – усомнился полицейский, пристально наблюдая за реакцией допрашиваемой.

– В школе-интернате детей сирот. Специальность получила там же, – с вызовом ответила Лиза.

– Сирота значит. Ранее судима? Привлекалась? Цель вашего прибытия в столицу? – уже с интересом произнёс Измайлов.

– Не судима. Приглашение на работу поступило, я конкурс выиграла, вот меня… – начала было девушка, как была остановлена жестом руки.

– Билет на поезд с собой? Бронь гостиницы есть?

– Билет в сумочке был, которую они украли, а ещё адрес, по которому меня ждут, – вновь слезы заблестели в ярко-голубых глазах.

Больше у капитана вопросов не было, он ещё долго набивал текст на клавиатуре, делая паузы, чтобы подобрать формулировку. Наконец принтер заскрипел, выдавая бланк опроса.

– Вот тут снизу. С моих слов записано верно, мною прочитано.

Взяв ручку в руку голубоглазая отрицательно покачала головой на вопрос полицейского, позже поставила подпись и дату.

– Давай в город закину, а то с твоим чемоданом ты быстро в новую неприятность вляпаешься, – неожиданно предложил капитан. Снисхождение с толикой жалости.