Ожившие кошмары

 – Только что мимо меня прошла…

– Слушайте, я на четвертом встретил жильцов, которые готовы подписать акты. – Перебил Виталий Антонович.

– Хорошо, пойдемте! – Софья шагнула вперед, но помощник ее остановил.

– Вы мне лучше дайте несколько бланков, я сам.

– Но это мое задание!

– Конечно ваше. Я не претендую на премию, честное слово. Нам главное работу сделать, правда ведь? А если вы со мной пойдете, – он замялся, – они точно не подпишут.

– Почему это?

– Потому что вы, Софья Андреевна, очень официально выглядите.

Чистенькая больно. А я для них свой в доску, понимаете?

Он заглянул ей в глаза и натянуто улыбнулся.

– Я не понимаю. – Пробормотала Софья.

– Да и не надо вам ничего понимать! – Виталий Антонович ловко выхватил за край несколько листов из папки. – Обещаю, никому не скажу, что это я их уговорил. Вся слава ваша. А вы пока на третий поднимайтесь, там семейные живут. Вот с ними у вас разговор может и пойдет.

– Ладно. – Софья огляделась, все еще не понимая, куда исчезла голая женщина.

Вошла в одну из квартир? Она снова повернулась к Виталию Антоновичу, но его уже не было рядом, а с лестницы доносился звук торопливых шагов. Софья двинулась следом.

Одной ступеньки не хватало. Сквозь прореху виднелся нижний пролет, весь в табачном дыму, как в тумане. Софья осторожно перешагнула дыру и поднялась выше.

Третий этаж оказался близнецом второго. Тот же длинный тамбур с наглухо закрытыми дверями, те же тускло мигающие лампы. Выцветший рисунок линолеума, брошенного поверх растрескавшегося паркета, показался Софье знакомым.

Она несколько секунд разглядывала его, а когда подняла глаза, увидела посреди пустого коридора девочку на трехколесном велосипеде.

Заметив Софью, девочка развернулась и покатила в обратную сторону. Маленькие колеса подпрыгивали на слежавшихся складках линолеума, кисточки на руле болтались из стороны в сторону.

– Эй, погоди! – Софья окликнула ребенка и поспешила за удаляющимся велосипедом. – Ты из какой квартиры? Где твоя мама?

Девочка молча крутила педали, потом свернула в сторону.

Софья последовала за ней.

Открывшееся взгляду помещение было темным. Вдоль стены тянулся ряд одинаковых газовых плит, судя по слою грязи и пыли – давно не работающих. На некоторые кто-то сверху приспособил квадратные электрические плитки, на других громоздились старые кастрюли и ведра. В углу из стены торчала труба, заменяющая кран, и вода из нее монотонно капала в ржавую мойку.