Рагнар-викинг

– Слушай меня, Стрела лука Одина, Крылья ветра, Стрела с девятью жалами. Ты отметила своей печатью моего врага Хастингса, и он не забудет меня ни живого, ни мертвого. Соедини свою душу с моей, чтобы я мог нанести и Рагнару девять кровавых ран, глубоких, смертельных. Пусть твоя жизнь вольется в мою!

Я не понимал, что говорил до тех пор, пока Стрела Одина не забилась, вытягивая шею и пытаясь взмахнуть крылом, в моих руках. Ее клюв широко раскрылся, и я знал, что это позволение взять ее жизнь и присоединить к своей.

Великая соколица Стрела Одина была теперь бездыханной мертвой плотью и перьями.

– Я Оге Кречет, – сказал я Китти.

– Ты сходишь с ума…

– Теперь я молюсь Одину, богу Битв!

– Боюсь, он пришлет огромного Волка сожрать нас обоих. Но я закричал так, как кричат в бою воины, призывая его:

– Один! Один!!!

После моего крика повисла глубокая тишина.

– Слушай! Он скачет на своем восьминогом коне.

Сперва я не слышал ничего, кроме шума прилива. Но затем издалека, с холма, поросшего лесом, послышался звук, напоминающий гул, с которым волны медленно катятся на берег.

Воздух ожил, и в нем почувствовалось какое-то движение. Повсюду слышались стоны, вздохи и рыдания, вода забурлила, и в ней появились неясные тени, стремительные, точно охотящиеся лососи. Шелест сосен слился с шуршанием волн.

Из поднебесья доносился пронзительный свист, словно огромный скакун несся быстрее, чем нападающий сокол.

А над землей разносился вой, будто гигантский волк разевал на луну свою пасть.

– Это северный ветер, – сказала Китти, – он гонит прилив назад.

Высокий человек в развевающихся одеждах бежал по берегу. Эгберт поглядел на меня и на воду, доходившую мне до подмышек, а затем обратился к Китти:

– Я спал у окна и услышал, как кто-то зовет Одина.

– Это был Оге Кречет и прилив повернул вспять.

– Это невозможно. Он всего-навсего раб, который может взывать лишь к Тору. Юный Хастингс был тоже разбужен этим криком, он отправился поглядеть в лес.

– Одина звал Оге Кречет, и мы оба еще живы. Вытаскивай его поскорее.

– Его разум помутился от холодной воды.

– Вытаскивай его побыстрее. Вон Хастингс бежит сюда.

– Клянусь Христом, распятым за меня, я его вытащу. Протянув длинную руку, он вытащил меня на берег.