Кладбище ведьм

Вертится тут под ногами.

Из окна высунулась бабушка, Серафима Львовна. Все ее лицо состояло из морщин, сквозь которые проглядывали крохотные глазки, приплюснутый нос и тонкие потрескавшиеся губы. Кожа на руках потемнела и покрылась множеством темных пятен.

– Зачем животину мучаешь? – спросила она, потом, не дожидаясь ответа, продолжала: – На, дай сожрать. Пес который день не ест. Должен вмиг заглотить.

В широкой ладони у бабушки лежало черное яйцо. От него остро пахло горелым.

– Сожрет? – спросил мальчик с сомнением, хотя сам же кормил месяц назад таким же яйцом другого пса.

– Не сожрет – затолкаем, – беспечно отозвалась бабушка и подмигнула.

Серафима Львовна немного пугала мальчика. Про себя он называл ее ведьмой и без лишней надобности старался к ней не приходить. Он бы и сегодня не пришел, но настоял отец. Сказал, что мальчику пора посмотреть, что бывает, когда псы сжирают яйца. Ну вот, похоже, скоро и придется.

Мальчик взял яйцо.

Во дворе, под тенью винограда, папа возился с топором: насаживал лезвие на массивную рукоять.

Топор был фамильной реликвией. Папа любил рассказывать историю, что топор этот сделали еще в те времена, когда и поселка-то не существовало, а боярам бороды не резали и платьев таскать не велели. То есть давно.

С тех пор топор передавали по мужской линии, в наследство. Рукоять гнила, ломалась, приходилось заменять ее на новую. А вот лезвие всегда выглядело так, будто только что было куплено.

– Корми, корми, – пропыхтел папа.

По двору разнесся тяжелый металлический гул.

Мальчик подошел к Тузику. Тот все еще скулил, поджав хвост. Какая всё же бесполезная псина.

– На, жри, – положил перед ним яйцо, добавил мрачно: – А то затолкаем.

Тузика не пришлось долго уговаривать. Он набросился на еду, даже не обнюхав, и проглотил ее в два счета, звонко клацая зубами. Скорлупа и горелые ошметки рассыпались по земле. Вывалился темно-оранжевый кусок желтка, и Тузик стремительно его слизнул, вместе с налипшей пылью.

Мальчику стало противно, и он собрался отойти, но обнаружил, что за спиной стоит отец. В руках он держал топор.

Мальчик догадывался, что произойдет дальше. Не дурак.

В дверях летней кухни появилась бабушка, вытирающая блестящие от влаги руки передником. Оперлась о дверной косяк, с интересом наблюдая.

Отец сгреб Тузика одной рукой, дернул, разрывая поводок.