Кладбище ведьм

Ваша мама была замечательным человеком…

Он бы, наверное, продолжал монотонно бормотать еще долго, но Надя в какой-то момент вежливо оборвала разговор, поблагодарила, сказала, что обязательно перезвонит, и положила трубку.

За окном едва светлело – в Питере зимой солнце выглядывает не раньше начала одиннадцатого, – серый рассвет проникал сквозь прозрачные шторы, смешиваясь с желтым светом ламп и мечущейся Надиной тенью.

Как и тень, лихорадочно метались в Надиной голове мысли, взвихренные внезапным звонком.

Мамин голос вынырнул из прошлого: «А я говорила тебе, что всё это плохо кончится! Как теперь тебя звать-величать? Шлюха? Шалава!»

Давно забытые воспоминания.

Шестнадцать лет их хоронила, закапывала в темноту снов и прожитой жизни, а стоило услышать сокровенное: «Мама», – и вынырнули из небытия образы, мысли, ожившие голоса.

Надя заварила чаю, бросила в чашку пару кубиков рафинада, постояла перед холодильником – была не была! – достала бутылку коньяка, которую ей подарили в октябре на день рождения, свернула крышку, подлила немного.

Буквально пару капель для начала. Потом все равно не остановится.

Тут такое…

Позвонила бывшему, вывалила на него всё, что знала. Расплакалась, не сдержавшись.

Положила телефон на стол и в два глотка допила чай. Плеснула в теплую чашку еще коньяка. Сегодня можно. Хороший коньяк согревает не только тело, но и, блин, душу. Мартини тоже согревает. Красное вино. Ликеры разные. Лучшее средство от депрессии. Напиться бы до бессознательного состояния.

Провалиться в сладкую полудрему, чтобы в голове дымка. Как раньше. Хорошо ведь было, никто не спорит.

Отвлеклась. Рассеянно посмотрела на бутылку. Сколько лет не пила алкоголя? Два года. Время от времени позволяла себе бокал шампанского (на Новый год), вино (на свадьбе подруги). Но ничего крепкого очень давно. Ни-че-го.

Мама умерла.

Мама, мамочка… Ни разу не виделись с того дня, когда Надя ушла из дома – беременная, без копейки в кармане, без телефонов и адресов. А потом редко созванивались.

Стремительные, холодные обрывки фраз… Обе понимали, что пора перестать обижаться, что надо бы встретиться и поговорить, но никто так и не переступил черту, не сделал первый шаг. Ведь всегда страшно быть первым, верно?

Она подошла к окну, вглядываясь в серость и туман. Город, конечно, уже проснулся, но люди походили на лунатиков, бесцельно бредущих по заснеженным тротуарам, едущих по заснеженным же дорогам. Целый город замерзших зимних лунатиков.