Пираты Балтийского моря

– Да что ты за него переживаешь, как мама родная? – заворчал Всеволод. – Он же немчура и балаболит не по-нашему! Как ты с ним вообще разговаривать-то собираешься и о чём?

– Не знаю, как и о чём, – озадаченно пожал плечами Герка. – Но надо же, например, спросить, где это железное чудо свои деньги прячет.

– А чего спрашивать?! – удивился Всеволод. – Вон у него кошелёк на поясе висит. – И силач тут же не раздумывая дёрнул мешочек, с корнем оторвав его от пояса пленника.

В это время рыцарь вновь стал подавать признаки жизни.

Всеволод слез с него и встал рядом, поигрывая отобранным кошельком с деньгами в своей могучей ручище.

– Ты смотри, чтоб ворог наутёк не пустился! – озабоченно произнёс Герка.

– Да как же он побежит после моей-то ласки? У него, поди, ещё головка кружится! – усмехнулся здоровяк и, обращаясь уже к Стояну, спросил: – А ты где это так наловчился острогой орудовать?

– Отец научил, а отца – его отец. Вот когда их наука пригодилась.

А я всё думал: зачем мне, рыбаку, всё это нужно? А оказывается, действительно полезно знать и уметь побольше!

– Не тебе, а нам, – осторожно поправил товарища Герка. – Если бы не твоя острога, этот супостат ещё бы покалечил нас своим мечом.

– Согласен – нас! – принял поправку друга Стоян. – Смотрите, а он уже глазёнки свои стал открывать. Кажется, пытается вспомнить, что с ним произошло и где он сейчас находится.

Послышался надрывный кашель, а потом невнятное бормотание.

Пленник попытался привстать, но Всеволод, не церемонясь, грубо прижал его ногой к земле, и тогда ливонец снова что-то заговорил на своём языке, но уже более внятно.

– И чего это он нам хочет сказать? – недоумённо спросил Герка и посмотрел на Стояна.

– Он просит вернуть мешок с деньгами и немедленно отпустить его на свободу, иначе нас покарает Всевышний и острый меч Ливонского ордена. Но если мы его отпустим, то нам всего лишь милостиво отрубят головы за наши варварские действия против благородного рыцаря святого ордена.

– Это что же? Мятое железное чучело грозит нам ихним поганым мёртвым идолом на кресте? – удивился Всеволод и прижал пленника к земле посильнее.

Снова раздался неприятный металлический хруст, и бывший бравый всадник вновь заорал на весь лес как оглашенный.

– Тише ты, поганый инородец! – рявкнул Всеволод и замахнулся на лежащего рыцаря здоровенным кулачищем.