Операция «СССР-2»

Как только свяжусь с Москвой, и получу соответствующие инструкции, я приеду к тебе в участок полиции с официальной Нотой протеста, и мы всё уладим. Прошу тебя, Никифор Петрович, пока подчинись и съезди с господами полицейскими в участок для составления протокола. Я уверен, что это только формальность! Буквально через час буду уже у тебя в участке!

Александр Николаевич вызвал своего шофёра и вместе с женщинами уехал в посольство. Проходя через зал в сопровождении полицейских, Колокольцев бросил взгляд на столик, за которым ещё совсем недавно сидела пьяная француженка, но стол, как и стоило того ожидать, был пуст.

В это время, недавно назначенный глава первого отдела второго главного управления КГБ СССР подполковник Семёнов Валерий Фёдорович по старой традиции, когда-то ещё заведённой его предшественниками, по прибытии на службу пролистывал ежедневную сводку. Это была целая подшивка отпечатанных на машинке листов бумаги с грифом для служебного пользования. Сегодня к ней добавилось ряд сообщений службы «Р» и среди них упоминание о том, что в конце августа Франкфуртским агентурным радиоцентром ЦРУ начались односторонние передачи для нового корреспондента.

Передачи шли кодом Морзе и начинались с многократной передачи позывного «триста восемьдесят шесть». По данным предварительного анализа и компарирования зона уверенного приёма сигнала передатчика распространялась на Москву и её область, и, частично, на прилегающие к ним Тульскую и Смоленскую, включая областные центры – Тулу и Смоленск.

– Читал, Аркадий Павлович? – просмотрев до конца сводку, спросил начальник отдела своего заместителя, который до того молча сидел напротив него.

– Уже успел ознакомиться, – ответил по-спортивному подтянутый мужчина с лёгкой сединой на висках.

– Тогда ответь мне: что это значит: «по данным компарирования»? – спросил Валерий Фёдорович.

Начальнику отдела было неловко спрашивать у своего заместителя значение разных терминов, которые применялись в контрразведке, но иногда это приходилось делать, так как, к сожалению, не всё ему успели объяснить за два года ускоренных курсов в Высшей школе КГБ СССР, куда его вместе с другими секретарями партийных и комсомольских организаций направили на учёбу по прямому указанию из центрального комитета.

Председатель КГБ СССР Андропов постепенно заменял руководящий состав вверенной ему организации на более молодых людей, на которых он мог бы уверенно опереться.