Неестественный отбор. Агония

Это моя страховка. Еще, документы для меня и Джил, тоже до операции. И не фуфло на принтере, а реальные, с легендой и живой историей. Как только слитки окажутся в моих сейфах, я отсылаю из страны Джил. И чтоб без хвоста. Я проконтролирую. По концовке – меня эвакуировать в Мексику. Оттуда я уже сам переберусь куда надо.

– Условия жестче, чем я предполагал, но у меня нет ни времени, ни желания с тобой спорить. Хорошо, все так и будет, – Коэн развел руками в жесте, который должен был означать неохотное согласие.

– Что с командой? – спросил Росс, снова потянувшись за бутылкой.

– Оперативники твои, желательно из старых. Техподдержка моя, из МНБ. Я буду лично все курировать и буду единственным твоим контактом для согласований.

– Моим оперативникам тоже надо будет платить. Я скажу, сколько и как, когда переговорю с каждым в отдельности. Тебе только надо их найти в этом бардаке.

– Если твои люди живы, они в течение двух дней будут у тебя.

– Это не все, Пат. Если по ходу мне в голову еще придет какая-нибудь сумасшедшая идея насчет компенсации моих усилий, пообещай, что серьезно ее рассмотришь.

– Хорошо. По рукам?

– По рукам. Ну выкладывай, что за оперуха, – Росс навалился всем телом на массивный дубовый стол, давая понять, что готов внимательно слушать.

Отставив почти нетронутый стакан с бурбоном, Коэн наклонился к приятелю и, глядя ему в глаза, тихо произнес:

– Необходимо, чтобы ты спровоцировал военное вторжение армии США в Канаду.

– Твою мать, Пат! – цэрэушник звонко хлопнул ладонью по столу.

Россия. Камчатка. Недалеко от Вилючинска

Мощный шторм бушевал уже третий день, захлестывая Камчатку плотными снежными зарядами. Моряки с базы подлодок говорили, что не помнят, чтобы в декабре так штормило, тем более что такие мощные фронты шли один за другим с середины ноября.

Тяжелый бронированный армейский внедорожник, упрямо вгрызаясь протекторами огромных колес в заваленную снегом колею, медленно двигался сквозь густой лес по едва различимой дороге.

Сзади в десантном салоне Алекс оторвался от своего полевого планшета и, бросив короткий взгляд на дорогу, спросил:

– Долго еще? Мы уже опаздываем.