Крипта

Обычно Контора действовала в режиме «без флага», оставляя противнику шанс поломать голову над тем, какая из немногих сохранивших эффективность разведок провела операцию. В большинстве случаев подозрения все равно падали на ЦРУ, но иногда удавалось перевести стрелки на МИ-6 или израильтян. В таких случаях действия агентов или оперативников считались особо успешными. Но это был не тот случай. Сейчас действовать надо было в России с ее хорошо отлаженной и эффективно работающей ФСБ, не привыкшей церемониться с противником и не ограничивающей себя в выборе средств.

Шефа сектора «Россия» Виллиамс знал хорошо. Хогарт был одним из уважаемых ветеранов разведки, который на фоне быстро растущей молодежи, воспитанной на компьютерных стрелялках, выгодно отличался вдумчивостью и осторожностью. Несмотря на бурные истерики часто меняющегося начальства, требующего немедленный результат, два этих качества позволили ему сохранить на территории противника довольно эффективную агентурную сеть, способную на сложные многоходовые комбинации в духе игры разведок времен холодной войны.

– Привет киберзащитникам американской демократии! Или защитникам киберамерикнской демократии? Или американской кибердемократии? Или как вас там теперь называют наши безмозглые СМИ. Что-то я совсем запутался, – Хоган поднялся из-за рабочего стола и, пожав гостю руку, предложил присесть за небольшой журнальный столик.

– Брось стебаться, – Виллиамс отметил про себя как всегда крепкое рукопожатие хозяина и опустился в кресло. – Плесни лучше бурбона. А то у меня в горле кукушка поселилась после утренних встреч.

– Что, русские хакеры донимают? – хозяин кабинета протянул ему широкий стакан с напитком.

– Они самые.

– Да брось! Вы же сами их придумали. Мне-то спагетти на уши не навешивай.

– На этот раз все серьезно. Никаких «ложных флагов»[65 - Тайные операции, проводимые с маскировкой под другое государство или спецслужбу.], – Виллиамс поставил стакан на стол, достал из кармана пиджака пластиковый конверт. – На вот, почитай.

– Нихрена себе, какие вензеля, – Хогарт взял конверт и, с интересом рассмотрев президентскую печать, достал из него сложенный втрое листок гербовой бумаги.