Красный ястреб

– А что за той землей?

– Ничего, уверенно сказал я.

– А на чем держится земля?

– Она плавает в большом океане, – снисходительно объяснил я.

– А на чем держится тот большой океан?

– Не будь дураком. Я думаю, что под тем океаном второй океан.

– А на чем держится он?

Я решил, что он никогда не остановится. Лично мне не доставляет удовольствия думать над такими вещами, совершенно бесполезными вещами. Это просто трата времени. Но сейчас, когда он заставил меня задуматься, я понял, что должен продолжать разговор.

Я глубоко задумался и понял, как глупы все наши представления о земле.

– Мы знаем только то, что видим сами, или то, что видели другие и рассказали нам, – заговорил я наконец. – Что держит землю, мы не знаем, этого никто не видел. Но несомненно, что она плавает в воздухе, как плавают облака. Ты удовлетворен?

– Теперь я скажу тебе, что думаю я, – сказал он. – Я наблюдал за солнцем, за луной, за звездами с тех пор, как приобрел способность думать о чем-нибудь, кроме материнской груди.

Я увидел то, что может увидеть каждый, имеющий глаза. И солнце и луна и звезды – они круглые как апельсины. Они все время двигаются по одним и тем же путям. Почему земля должна отличаться от них? Конечно, она тоже кругла и движется по своему пути. А почему она не падает я не могу понять.

Я рассмеялся и подозвал Наллу, мою сестру, которая ехала поблизости.

– Дождливое Облако думает, что земля круглая как апельсин.

– Если бы это было так, мы свалились бы с нее, – сказала она.

– Да. И вся вода стекла бы, – добавил я.

– Я чего-то не могу понять, – признал он, – и все же мне кажется, что я прав. Мы очень многого не знаем. Налла говорит, что если бы земля была круглая, с нее стекла бы вся вода. А вы уверены, что вода всегда стекает с холмов вниз? Как же она попадает снова наверх?

– Снег и дождь, – быстро ответил я.

– Откуда они берутся?

– Я не знаю.

– Мы многого не знаем, – вздохнул Дождливое Облако. – Нам некогда размышлять. Мы все время воюем.

Я буду рад, что некоторые из нас смогут сидеть спокойно и думать, когда мы сбросим Калькаров в море.

– Мы знаем, что древние знали очень много, но помогло ли им это? Я думаю, что мы счастливее их. Они должно быть очень много работали, чтобы создать то, что они создали и узнать то, что узнали. Но они не могли есть больше, чем мы, спать больше, чем мы, пить больше, чем мы. И теперь они навсегда ушли с земли. И все сделанное ими тоже ушло. И знания их забыты навсегда.