Постановка длиною в жизнь

– Правда? – Бармен улыбнулся, и его усы дрогнули от ухмылки. – Да я ведь тоже.

Солдат нахмурился ещё больше, только в этот раз с нотами удивления.

– Так уж вышло, – пояснил Бармен, но это вовсе не дало никаких ответов на немой вопрос Солдата. – Но я правда был барменом. А ты что делал до этого?

– Я сержант. Служил по контракту, – сухо ответил Генрих.

– Вот так да! – удивился Бармен, улыбаясь.

– Как раз это и странно. Ты знаком с кем-либо из здесь присутствующих?

Бармен осмотрелся. Симпатичная, но слишком молодая для него девушка в золотом платье, которая годится ему в дочери.

Затем высокая и похожая на скелет Постановщица, которая явно страдала анорексией в прошлом либо у неё было так много детей, что бытовая жизнь выжала все соки.

Уборщик за кулисами – обычный мужичок в очках, немного похожий на педофила, но Бармен привык не судить о людях по внешности.

И смазливый парень, постоянно пялившийся на всех, особенно на девушек – Принц.

Не хватало только Куртизанки и Дворянина.

– Нет, в моём баре их не было, – констатировал он.

«Будь я в твоём баре, рассказывая истории из жизни за стойкой, ты бы даже меня сейчас не вспомнил», – подумал про себя Солдат, а вслух же сказал:

– По крайней мере, лично мне никто не знаком. Кроме него, – он указал на вышедшего из-за кулис Дворянина. – Он актёр, это я знаю точно.

– — Почему?

– Это личное, – отрезал солдат, затем всмотрелся в Принца. Это модельное личико он где-то точно видел и готов в этом поклясться. Но пока он не был в этом уверен на сто процентов. Быть может, просто лицо похожее, хотя человека с такой внешностью сложно спутать… разве что с такими же идеальными.

Входная дверь распахнулась, впуская холодный ветер со снегом…

9 часов

55 минут назад

«Чего ты уставился, боец? – думал Принц, снова заметив настойчивый взгляд Солдата.

Входная дверь распахнулась, и подул холодный ветер. Подчиняясь его порывам, в помещение влетели хлопья снега. Однако тут же человек захлопнул дверь. Вошедший мужчина осмотрелся с аристократическим видом и пошёл по грязной ковровой дорожке меж столов и стульев, оставляя за собой мокрые следы от туфель. Кроме сцены с лампочками ничего не освещалось.