Волшебная ночь в Риме

Да, он вполне может посидеть пятнадцать минут с девочкой, обеспечивая ее безопасность, пока Лили будет заниматься своими делами.

– Конечно, идите. Вам надо привести себя в порядок.

У нее вытянулось лицо. О боже, он вовсе не это имел в виду. Хотя только что сказал: «Ты ужасно выглядишь». Не так ли? Что в этой женщине заставляет чувствовать и вести себя как идиот?

Он попытался пойти на попятный:

– Простите, я вовсе не это хотел сказать. Вы прекрасно выглядите. Я имел в виду… просто хотел сказать, что вы две ночи подряд провели на этом стуле и, готов поспорить, ужасно устали.

Но выглядите вы потрясающе.

Это объяснение тоже вышло неудачным. Однако Лили весело улыбнулась, очевидно, наслаждаясь его смущением и скованностью.

Подозрительный звук и неприятный запах, разлившийся по комнате, заставили Ника прервать поток извинений. Он взглянул в глаза Лили, и они оба расхохотались.

– Ну что ж, если поменяете подгузник, возможно, я смогу вас простить.

Возразить он не успел, она вышла, оставив его один на один с малышкой.

Он не ожидал такого поворота, поскольку согласился всего лишь посидеть со спящей девочкой пятнадцать минут, но делать нечего, пришлось взять подгузники и действовать по наитию.

Ник сощурил глаза, стараясь не разглядывать розовые щечки и крохотные пальчики Рози. Ему нужно сосредоточиться на своем задании, не думая о том, что в этом крохотном тельце горит новая жизнь, озаренная множеством возможностей, и это всего лишь в семи фунтах веса, крохотных пальчиках, животике и чудесном детском запахе.

И он не должен вспоминать о сыне.

Вдруг Рози заворочалась. Застегнув кнопки на ползунках и вымыв руки, Ник принялся молиться про себя, чтобы она не расплакалась. Но вот ее лицо сморщилось, на глазах показались слезы, и отчаянный заунывный плач огласил комнату. Ник зажмурил глаза, подложив руку ей под головку, а другой придерживая под спинкой, пристроил ее на плечо, шепча ласковые слова в надежде, что это поможет успокоить малышку. Он старался вообще ни о чем не думать, слегка укачивая девочку, ожидая, когда она перестанет плакать.

И изо всех сил старался не вспоминать, как впервые взял на руки своего сына Макса.

Или последний раз.

Подумав об этом, Ник чуть сильнее прижал к себе Рози, словно пытаясь защитить эту бесценную хрупкую жизнь. Постепенно громкий плач сменился всхлипываниями, и она уткнулась носиком в его плечо, пытаясь найти грудь. Ник оглядел комнату в поисках бутылочки с молочной смесью.