Стальной донжон

Несчастный не знал этих мест и даже не мог сказать, в какой стороне его родная деревня. Единственное место, где он был кому-то нужен.

Всё, что у него было, это образ высокой тёмной башни, окружённой кольцом строений. Тот самый, который он увидел с обрыва.

Но что его там ждало? Этого он не знал. Может быть, его никто не заметит. Несчастный беглец станет очередным бедняком и проживёт тоскливую жизнь, шатаясь по улицам среди толпы. А может, парня сразу раскусят и тогда жизнь его будет очень короткой и закончится на плахе.

– Ух, – Тропф остановился. В лесу по-прежнему было тихо и темно. Он едва мог различить свои руки в этом мраке. На секунду ему подумалось, что лучше остаться здесь. Тихо умереть в этой глуши, никем не замеченным.

Парень устало рухнул на колени. Хватит с него. Что толку трепыхаться, как рыба, выброшенная на берег? Всё равно впереди лишь смерть. Неважно, какой она будет долгой или быстрой. Гнев, что охватил Тропфа у той мельницы, уже давно пропал. На несчастного навалилось жуткое отчаянье и бессилие.

До этого он мнил себя героем, но сейчас понял, что героем он не был. Герои не убегают. Герои не совершают ошибок. Они всегда уверенно действуют и без страха идут вперёд. Иначе бы о них не слагали баллады.

К несчастью, только сейчас Тропф осознал, что не всем суждено быть героями. Не все могут сражаться с драконами и побеждать. Есть те, кому это не дано. Но о таких неудачниках не сочиняют песни и не поднимают в их честь кубки на роскошных пирах. Их стыдятся и их забывают, чтобы они не позорили род.

Тропф мрачно улыбнулся этим мыслям. Ах, если бы ему кто-то рассказал о парне, который сбежал из дому, чтобы оказаться в лагере полном разбойников и бежать уже оттуда, дабы умереть в глуши…

Может быть, тогда он дважды подумал бы, прежде чем идти сражаться за короля Торальда. Впрочем, скорее всего это бы ему не помогло. И он всё равно бы отправился на войну, считая себя умнее, чем этот глупец из рассказа.

Парень всё сидел на коленях среди пышных кустов. Вокруг тишина. В небе даже звёзд не видно – всюду торчат листья и ветки, закрывая обзор. Тут самая чаща. Глушь, каких свет не видывал. Долго же Тропф сюда лез. И, кажется, нашёл его – то место, где наступит его смерть.

Вся эта тьма вокруг, словно пролезла в его душу и закрыла её тёмной пеленой. Сковала его тело отчаяньем и слабостью…

А потом это ощущение вдруг резко оставило его.