Идеальный

Удовлетворённый моим ответом он, снова поднял меня на руки и нёс меня к чёрной дорогой блестящей машине. Дверь нам открыл, по – моему, его водитель. Вот я уже сижу в салоне его машины и самое ужасное и волнительное для меня, рядом с Райаном Шерманом. Машина плавно тронулась с места «преступления».

Он, мимолетно взглянув на меня, снял с себя пиджак и повесил его на кресло водителя, оставаясь в галстуке и в рубашке. Руками аккуратно раскатал рукава белой рубашки до самой локти. Я краем глаза наблюдала за ним и под белоснежной рубашкой заметила черты накаченного бицепса.

Я сглотнула от такого взора и отвела взгляд к окну. Мне всегда нравились парни с накаченными бицепсами. Особенно, когда у них на руках виднеются вены. Я без ума от таких мужчин. И у мистера Шермана тоже виднелись вены на руках. Не мужчина, а мечта просто.

Неожиданно для меня он наклонился прямо над моими коленями и, протянув руку к правой ноге, начал развязывать верёвки кроссовки. Я от испуга сразу же отдернула ногу подальше от его рук в сторону.

– Что вы делаете?

– Уж точно не то, о чем Вы подумали, – проговорил мужчина, смотря на меня снизу вверх, – И очень прошу Вас, не дёргайтесь. Я ведь не кусаюсь, – с улыбкой говорит, глядя мне в глаза.

– Нет нужды делать это, сэр, – краснею от его проницательного взгляда. – Правда.

– Успокойтесь, мэм. Я всего лишь обработаю Вашу рану, – терпеливо объясняет он свои действия. – Поэтому, прошу, сидите тихо и тогда я смогу закончить начатое дело, – сказав эти слова, снова принялся развязывать верёвку.

Когда он закончил этим делом, поднял мою раненую ногу, и аккуратно положил к себе на колени, и мне пришлось повернуться спиной к окну. Я вначале покраснела до самых ушей и, возмутившись от этого действия, снова спросила:

– Что вы собираетесь делать?

– Как я ранее уже говорил, собираюсь обработать Вашу рану, – тепло, улыбаясь, проговорил брюнет и обратился к водителю, – Айзек, передай мне аптечку.

Парень, несмотря на мужчину, вручил аптечку в его протянутую руку.

Он и вправду оказался таким же сексуальным, как говорили девушки нашего университета. Они вздыхают по нему и никак не перестают мечтать о нём. Входила ли я в этот список? Разумеется, нет.