Любовь под яблочным соусом

Теорию она знала на зубок, но практика – совсем другое дело. Навыков девушке, конечно, не хватало, как и любому молодому специалисту. Но здесь каждую ошибку, оплошность, неудачу ДОЧЕРИ МОСКВИНА заметят и вынесут на всеобщее обсуждение. Она окажется под наблюдением без шанса оступиться. Нина билась за диплом чуть ли не на кулаках, к борьбе ей не привыкать. Но оказаться на арене гладиаторов не хотелось. Может, обойдется без тяжелых сражений, и ее примут по-человечески.

Собиралась с тяжелым сердцем. Самовнушение изрядно подводило.

“Стоп! Беру себя в руки. Не на смерть иду. С чего ради мне трястись! Первая работа – это, конечно, важный старт, но жизнью не рискую. Хватит. Фу!” – Нина встряхнула руками и вздохнула.

“Наконец-то это случилось, когда волнуешься, на тебя смотреть больно”, – хихикнула мама, протягивая дочери кофе с бутербродом.

Родители с гордостью переглядывались. Для них момент был счастливый. Их ребенок вырос, впереди взрослая жизнь с новыми успехами и победами, а не проблемами. Они видели впереди только хорошее. Наталья с Дмитрием вовсе будто посыпаны розовой, мерцающей пыльцой фей. Как завороженные, во всем видели только хорошее, доброе, даже сказочное. Их оптимизм порой доходил до абсурда. Нина видела тех молодых родителей, окрыленно ожидавших первенца более двадцати лет назад.

Придя в приемлемое равновесие, девушка тепло попрощалась с мамой и отправилась покорять новые вершины в компании с отцом. В здание предприятия приехали раньше, чем обычно. Решили дожидаться начала рабочего дня в кабинете папы.

На пороге его приемной Нину передернуло от омерзения. Как ни в чем не бывало у стола секретаря крутилась та самая расфуфыренная особа с карамельной паклей на голове. По крайней мере такой ее воспринимала Нина.

– Эльвира, доброе утро, сделай нам чаю, пожалуйста.

– Доброе, Дмитрий Сергеевич, рабочий день начнется через сорок минут. К этому времени и чай будет готов.

– Ты здесь, значит, он уже идет, – отрезал шеф и скрылся за дверью.

Отличное начало. Неприятнее встречи быть не могло. Нину коробило от мысли, что за стеной хозяйничала ненавистная особа. Интрижка с секретаршей – самое банальное, что можно было придумать.