Каждый второй уик-энд

Как-то раз она застукала меня, когда я полез к ней в сумку за сигаретой, и я пообещал бросить, если она тоже это сделает.

У меня руки чесались схватиться за камеру, но я боялась его спугнуть. Докурив до фильтра, он протянул мне сигарету, как будто это великое сокровище.

– И она бросила?

– Ага.

Такой простой ответ, но его смысл мне не понравился.

– Выходит, ты не составишь мне компанию в курении?

– Извини, – сказал он, как будто и впрямь чувствуя вину. – Это была одноразовая акция.

Ох уж эти симпатичные парни, храбро выкуривающие за тебя сигарету, – проблема в том, что они, как правило, отвлекают.

Я уже мысленно снимала сцену, как он прыгает на мой балкон и его силуэт вырисовывается в угасающем свете дня. Камера скользила по его рукам, сжимающим перила, и, приближая изображение, я видела пятна ржавчины на его пальцах, когда он брал мою сигарету. Я подалась вперед, чтобы проверить ракурс, и совершенно забыла о возможности вторжения извне, пока не распахнулась балконная дверь.

– Джолин, я… – Шелли сморщила нос, и ее взгляд упал на окурок в моей руке.

 – Серьезно? Ты как будто нарочно делаешь то, что я тебе запрещаю.

Сцена тотчас вылетела из головы, и я удержалась, чтобы не показать ей язык, но с трудом.

– Никотин манит так сладко – устоять невозможно.

Шелли выхватила у меня пачку сигарет и окурок из моих беспомощных пальцев. – Тем легче не церемониться с тобой, раз ты занимаешься таким дерь… – Она осеклась, заметив Адама. – Откуда ты взялся? – Она округлила глаза и перевела взгляд на соседний балкон.

 – Ты что, с ума сошел? Ты же мог разбиться!

Ледяной ветер пронесся над нами, и Шелли зябко поежилась. Я посмотрела на Адама – интересно, заметил ли он, что делает холодный воздух с ее прелестями, пленившими в свое время отца. Он глянул, но лишь мельком. Нет, определенно, мальчишка с каждой минутой становится только симпатичнее.

– Ты в порядке? – Шелли шагнула к нему, как будто собираясь обнять, но Адам отступил назад.

– Да, только предпочел бы, чтобы меня не трогали.

Я ухмыльнулась ему.

– Кажется, мы подружимся?

Шелли недовольно фыркнула.

– Успокойся, Шелли. Он в порядке. И у нас все хорошо. Можешь спокойно вернуться в дом, где тепло, прежде чем у кого-нибудь глаза вылезут из орбит при виде твоих штуковин.

Шелли, следуя примеру Адама, залилась краской и, сложив руки на груди, попятилась. – Вы оба, домой прямо сейчас. – Я не пошевелилась, как и Адам, к моему большому удовольствию.