Миры душ. Холодная сталь

Оба грелись у костра, но даже так их постоянно пробирала дрожь, ведь одеты стражи были совсем не по погоде. Точнее, не по текущей погоде.

Завидев рыцарей, они тут же вскочили с места и наставили копья на незваных гостей.

– Кто вы?! – крикнул один из них.

– Мы те, кто откликнулся на ваш зов, – поднял руку в приветственном жесте Бальдур.

– Наши молитвы были услышаны! – упал на колени другой стражник. – Мы спасены! Погодите минуту, сейчас мы доложим обо всем королю, а вы пока можете привести остальных воинов.

– Других не будет, – неохотно признался Бальдур. – Мы все, что есть.

– Как? – упавшим голосом пробормотал страж. – Только вы двое? Но почему? Неужели бог действительно оставил нас?

– Да богу на вас глубоко… – начал Вильгельм, но Бальдур тут же оборвал его:

– Нас вполне достаточно. Кто бы ни явился сюда, он падет под ударами наших клинков.

– Ну, раз вы так говорите… – замялся стражник.

– Просто сообщите королю, – произнес рыцарь. – А там видно будет.

Стражник скрылся, а воины ордена вновь были вынуждены томиться в ожидании.

Но на этот раз оно продлилось недолго. Массивные цепи вдруг пришли в движение, и широкие ворота отворились, пропуская вперед целую процессию. Возглавлял ее почтенный старец в широких церковных одеждах. Сразу было понятно, что это кто-то важный.

– Я – Филарет, архиепископ Скифоса, – поприветствовал их церковник. – Могу ли я узнать, воины какого славного братства откликнулись на нашу просьбу о помощи?

Вильгельм вышел вперед и ответил:

– Сожалею, но наши клятвы не позволяют нам раскрывать ни наших имен, ни званий, ни даже принадлежности.

Могу сказать одно: мы здесь ради победы над врагами, посягнувшими на земли Скифоса.

– Понимаю, – кивнул Филарет. – Некоторых из нас сковывают обеты, что тверже стали. Пусть так, я не буду спрашивать, кто вы и откуда. Но, полагаю, я имею право узнать, как вы намерены бороться с врагами, осквернившими нашу землю, и как вы намерены победить смертельный хлад.

– Все очень просто, – отозвался Вильгельм.

 – Холод принесли с собой псы Диктата. Мы просто перебьем их, когда они явятся сюда, и на этом их вторжение закончится.

– Позвольте, – уточнил Филарет. – То есть вы не собираетесь покончить с хладом, только лишь с солдатами врага? Но как же тогда мы? Надвигаются стены льда, после которых тут не останется ничего живого.

– Что еще за стены льда? – переспросил Бальдур.

– О, они ужасны! Это высокие стены, целиком состоящие из ожившего хлада.