Миры душ. Холодная сталь

Затем он сжал металлические руки и услышал приятный хруст, сопровождаемый не менее приятными предсмертными криками врагов. Снаружи не сразу поняли, что случилось, но когда до них дошло, было уже поздно. Рыцарь выпрыгнул из криотанка и накинулся на того, кого посчитал самым главным. Меч Вильгельма до сих пор не пришел в норму, однако это по-прежнему был увесистый кусок металла, что и ощутил на себе командир фрозианцев. Тяжелое лезвие рассекло его надвое, забрызгав кровью рыцаря и солдат вокруг.

– Как в старые добрые времена! – взревел Вильгельм.

Воин быстро перемещался между фрозианцами, и с каждым взмахом клинка на белый снег падало очередное изувеченное тело. Солдаты оказались столь сильно напуганы безумным натиском рыцаря, что даже не оказывали Вильгельму хоть какого-то заметного сопротивления.

В итоге все закончилось меньше чем за минуту. Вильгельм остался стоять посреди учиненной резни, а от теплой крови на его доспехах валил слабый пар.

– Понятно… Плоть слаба… Теперь я понимаю истинный смысл этих слов.

Вильгельм обратился к машинному разуму, и тот провел быстрое обследование рыцаря. Результат оказался неутешительным. По всему телу были зафиксированы внутренние кровотечения, а некоторые органы уже практически отказали. Переизбыток стимуляторов в организме также сказывался на общем состоянии крайне негативно. Тело просто не могло долго работать в столь экстремальном режиме, и время рыцаря как раз подходило к концу.

Вильгельм всмотрелся вдаль и увидел на горизонте три белых облака, похожих на надвигающиеся стены. На вид эти облака казались не такими уж и грозными, но рыцарь едва пережил встречу всего с одним единственным криотанком. А тут их было целых три! Вильгельм мог лишь надеяться, что Бальдур не останется в стороне и тоже поучаствует в битве. Однако… даже так они возьмут на себя только две машины.

У Вильгельма не оставалось выбора. А вкус крови во рту только придал решимости. Как бы рыцарь ни дорожил своим живым телом, однажды неизбежно должен был наступить тот момент, когда оно его подведет. Это было предопределено в тот момент, как только Вильгельм пересек порог Железной крепости.