Секреты оазиса

Темная щетина подчеркивала твердость подбородка, черный локон упал на лоб, длинные ресницы нежно ласкали высокие скулы – он казался таким невинным, что был похож на темного ангела, в буквальном смысле упавшего с неба. Вот только он не был ангелом – ни падшим, ни каким-либо другим.

Джамиля крепче сжала губы, как будто это могло остановить поднимавшуюся в ней горячую волну, и направилась в ванную. Через некоторое время она вернулась в гостиную, мысленно попросила прощения у Надима и Ханны за то, что собиралась сделать с этой роскошной мебелью, а затем вылила на Салмана целое ведро ледяной воды.

Салман решил, что на него напали. Его рефлексы были отточены до такой степени, что он оказался на ногах задолго до того, как понял, что произошло. Однако через несколько секунд он оценил ситуацию и расслабился.

Джамиля стояла перед ним с пустым ведром и таким воинственным видом, что он ощутил головокружение. Впервые с тех пор, как он вернулся сюда, Салман чувствовал, что владеет собой, что не мчится к краю пропасти без руля и без ветрил.

Ее волосы были собраны сзади, на лице ни капли косметики. В белой рубашке, джинсах и сапогах она могла сойти за восемнадцатилетнюю. Ее волшебные голубые глаза сверкали, как сапфиры, щеки слегка раскраснелись – она была настоящим бриллиантом, по сравнению с этими искусственными дамочками, которые сражались за его внимание последние несколько дней. Он с отвращением вспомнил ту, которая в конце концов забылась пьяным сном рядом с ним этим утром. Он пообещал себе отправить всю эту орду на своем самолете, поскольку все же осознал, что сделал ошибку, привезя их сюда.

– Как ты посмел? – говорила Джамиля, и что-то подсказывало ему, что ее голос дрожит от гнева, а не от чувств. – Как ты посмел превратить замок в бордель? Бедная Ханна в шоке – она столько пережила, ублажая тебя и всех этих богатых бездельников. Мало того что они разгромили замок, их визиты на вертолетах постоянно пугали лошадей.

Воздух накалился. Салман, раскачиваясь на пятках, лениво оглядел Джамилю с ног до головы. Ему, казалось, наплевать на то, что он весь мокрый, и Джамиле пришлось признать – все пошло совсем не так, как она ожидала. Салман не выглядел раскаивающимся. Он даже не выглядел пьяным. Его взгляд был таким же пронзительным, как всегда. Ей лучше не смотреть вниз – туда, где мокрые джинсы обтягивают его бедра.

Он скрестил руки на груди – и его бицепсы вздулись.