Приворожить врага

– Я люблю женщин, Орла, как и любой нормальный мужчина, так что не надо обвинять меня в этом. Мы можем наладить с тобой нормальное деловое общение и забыть все то, что случилось вчера.

При этих словах ее щеки вспыхнули. Орла встретила взгляд Антонио со всей холодностью, на которую была только способна.

– Я никогда не спала с мужчиной ради сиюминутного наслаждения, и поверь, это больше никогда не повторится.

Орла взяла свой портфель и развернулась, чтобы уйти, но Антонио схватил ее за руку.

Она оглянулась и бросила на него злобный взгляд:

– Только не лги мне сейчас. Прошлая ночь была такой же невероятной для тебя, как и для меня. Наши тела не лгали, милая, и, если бы я поцеловал тебя сейчас, в считаные секунды ты оказалась бы на этом столе.

Кровь вновь закипела в ее венах: Орла представила себе то, как они занимаются любовью на столе.

– Это заседание определенно закончено, мистер Чатсфилд. Прошлая ночь была огромной ошибкой. Я не позволю выкупить наш бизнес сейчас, даже если ты предложишь тройную цену.

И я не буду с тобой спать, даже если ты будешь умолять меня об этом.

Эти слова были лишними и звучали неубедительно. Орла корила себя за то, что ради кратковременного удовольствия сознательно подвергла опасности все, над чем работала долгие годы. Она ненавидела себя за слабость.

Антонио сделал шаг в сторону и смерил Орлу надменным взглядом.

– Поверь, я никогда не уговаривал женщин провести со мной ночь. И вчера все было взаимно.

Я не вижу причин отказываться от выгодной сделки – кто еще сможет прийти к вам на помощь? И думаю, тебе стоит перестать называть меня мистер Чатсфилд – необходимость в этом отпала после первого оргазма прошлой ночью.

Орла задыхалась от негодования.

– Ты заинтересован в приобретении нашей компании. И я собираюсь выяснить почему.

Глаза Антонио злобно сверкнули, и он язвительно заметил:

– Если бы не оказалась вчера в моей постели, ты бы смогла выяснить больше подробностей о своих конкурентах.

Орла влепила Антонио пощечину, но он даже не вздрогнул. Мертвенно-бледная, она развернулась и демонстративно покинула комнату.

Антонио злобно посмотрел на закрывшуюся дверь. Будь проклята эта женщина! Конечно, влечение к ней было слишком сильным, но не стоит идти на поводу у страсти. Щека горела после удара, но Антонио понимал, что заслужил эту пощечину. Он злился на самого себя и сорвался на Орле.