Мир запретных ласк

Видаль был потрясен, когда увидел Еву Флорес в униформе горничной. Он даже не подозревал, что она так сильно нуждалась в деньгах. Однако девушка ни на секунду не сняла маску высокомерия.

– Объявить о помолвке? – ошеломленно пробормотала она, побледнев. – Ты хочешь на мне жениться?

– Конечно нет, – ответил он. – Ты последняя женщина на Земле, на которой я захотел бы жениться.

Ее щеки вспыхнули.

– Тогда зачем тебе эта публичная помолвка?

– Она сделала бы мою репутацию более надежной.

– Каким образом?

– Мне нужны инвестиции для нового проекта.

Чем выше ставки, тем более консервативны инвесторы. Они не уверены, что могут мне доверять, хотя я много раз доказывал на деле свою надежность. Я слишком быстро разбогател, и это их тревожит. Помимо этого, им не нравится мое происхождение. В тех деловых кругах, где я сейчас вращаюсь, важны стабильность и статус.

– Как я могу быть тебе полезна?

– Ты принадлежишь к одному из самых старых и знатных родов Испании. Вы дальние родственники королевской семьи.

Помолвка с тобой сделала бы мою репутацию более весомой.

– Это моя единственная ценность, – пробормотала она.

Видаль услышал в ее реплике не жалость к самой себе, а гнев.

– Твоя блестящая светская жизнь остановилась после смерти твоей матери.

Ева поняла, что Видаль, должно быть, говорил о ее фотографиях, которые были сделаны в Лондоне, куда она отправилась, чтобы поговорить со своим отцом. Очевидно, Видаль предположил, что они отражали всю ее прежнюю жизнь.

Это было очень далеко от правды, но она не собиралась ему в этом признаваться.

Она недоуменно покачала головой:

– Почему тебе нужна именно я?

– Как я уже сказал, по праву рождения у тебя есть статус, которого я никогда не смогу достичь. Но помолвка с тобой…

– Ты уверен, что хочешь быть помолвленным с женщиной, которая утратила уважение общества?

– Как ты могла его утратить, когда давно не была в свете?

– Дело не во мне, а в моих родителях. Уход моего отца из семьи вызвал скандал.

– Он не развелся с твоей матерью, так что все, что о вас с ней говорили, – это досужие сплетни.

Эти «досужие сплетни» ранили ее мать сильнее всего. Было бы лучше, если бы отец Евы с ней развелся, но он отказался, поскольку не желал терять деньги. Ее мать была слишком гордой, чтобы настаивать на официальном разводе и требовать денег. Ева всегда подозревала, что мать хотела, чтобы отец вернулся, несмотря на то, что они постоянно ссорились.