Миры душ. Технология обмана

 – Я уже догадываюсь, что он скажет.

– Вы все законченные идиоты! – бушевал Фарел, шеф Департамента защиты. – Администратор Соррес всерьез заинтересовался этими убийствами. Буквально только что у меня был с ним разговор. Он был краток: если мы на данный момент не располагаем какими-либо конкретными уликами, то он запросит помощь извне. И вот теперь вы говорите мне, что у нас ничего нет?!

– Именно это мы только что вам и сказали, – спокойно ответил Болдуин. – Такие серьезные преступления не раскрываются за один день.

– А надо было раскрыть! – не унимался Фарел. – Теперь расследование перейдет к Департаменту контроля, и работать будет человек со стороны. Хуже, человек с другого мира! Какой-то иномирец полезет в наши дела и займется нашим расследованием!

– Совместная работа пойдет нам на пользу, – все тем же спокойным тоном продолжил Болдуин. – Нам лучше подумать о том, чтобы сыграть как можно более важную роль в расследовании. Все равно иномирец не сможет вести дело в одиночку, ему понадобится помощь людей на местах.

Мы еще можем достойно проявить себя во всей этой истории.

– Думаешь? – ехидно заметил шеф. – А мне кажется, что наша помощь не так уж сильно и потребуется. Наверняка они отправят его.

– Инспектора Новака? – уточнил детектив.

– Да. Он уже бывал здесь и сможет быстро сориентироваться. Нам придется приложить огромные силы, чтобы поспевать за ним.

– Но, главное, вместе нам удастся быстро раскрыть дело, и больше не будет новых жертв, – внезапно подал голос Аткинс.

– Да, конечно, это главное, – с небольшой заминкой ответил Фарел.

– Тогда мы можем идти? – спросил Болдуин.

– Да, идите работайте. Чтобы к прилету инспектора у вас уже был намечен план дальнейших действий! Надеюсь, расследование не скажется негативно на имидже департамента и всего нашего мира.

Глава 2. Инспектор

«Ненавижу Грандор». Эта мысль всегда первой приходила в голову Новаку, когда он вспоминал про этот мир. Грандор запомнился инспектору невероятно унылым и серым местом, которое населяли не менее унылые и серые люди.

Новака до сих пор передергивало от одних только воспоминаний о скрюченных доходягах, медленно бредущих по улицам города. Все они были обвешаны каким-то невероятным количеством аугментаций, а от некоторых индивидуумов и вовсе не осталось ничего человеческого. В прошлый раз Новак раскрыл преступление в рекордные сроки как раз потому, что не хотел находиться ни одного лишнего дня на Грандоре.