Подарок

Костюмеры общались с гримерами, бурно разглагольствуя на тему потасканных одежд, поцарапанных лиц, и я могла бы присоединиться к ним, потому что я тоже художник, довольно хороший, как понимаете. Но застенчивость взяла верх. Я оправдывала свое поведение тем, что от художника у меня только диплом архитектора и малярная кисть, хотя дома стопками лежали прекрасные живописные и графические работы, из-за которых меня и взяли в лучший архитектурный университет Англии, от которых у всех, кто смотрит на картины дольше одной секунды, и кто хоть немного разбирается в искусстве, захватывало дух.

Но в тот момент я совершенно об этом не помнила.

Я снова шла одна, наблюдая, как постепенно начинается дождь. Совсем как в те годы, когда кроме самой себя у меня в друзьях не было. И вот это время вернулось. Тогда мне казалось, что я на какое-то время снова обрела друзей, поэтому это одинокое время вернулось только сейчас, но на самом деле одна я была уже очень давно. Но хорошо, что я об этом тогда не подумала, а то стало бы еще тоскливее на душе.

Вдруг кто-то коснулся моего плеча. Я вздрогнула от неожиданности. Большая ладонь Томаса и его длинные озябшие пальцы держали меня за плечо. Он широко улыбался от свершения своей пакости. Но для меня это была радость, и все равно, что немного было неожиданно. Рядом появилась Карина, также улыбаясь и даруя этим ощутимое тепло, что даже легкий морозец пропал.

Ее щеки и нос приобрели красноватый оттенок. Я посмотрела на Томаса, укутавшегося в шерстяной шарф так, что ниже носа все было спрятано.

Карина была так же сильно закутана. Ну, а я шла с «голой шеей», как сказала бы мама, будь она там, и без шапки, высунув руки из карманов, потому что ладони там потели. Но такая разница снаряжения вполне ожидаема, ведь я жила в месте, где летом – нещадная жара, от которой нет сил, даже чтобы думать, а зимой – жгущий холод, и за ночь может выпасть годовая норма снега Лондона.

– Как тебе не холодно? – спросила Карина, но я еле ее расслышала из-за шарфа. – На улице же дубак!

– Просто, каким бы ни был южным Южный Урал, это Урал.

Поживите там лет так пять, и ко всем природным условиям будете готовы.

Я вспомнила все те стихийные ненастья, что настигали меня саму. Хорошее было время. Опасное, но это не главное.

– Ты раньше жила на Южном Урале? А где это? – спросил Томас.

– Далеко-далеко отсюда, – я вздохнула, ностальгируя.

Мое лицо расплылось в довольной улыбке из-за теплых воспоминаний.

– Очень конкретно.