Культ

Он улыбнулся всем и сказал:

– Бобби называл это коммунализмом, но мы можем сами дать им имя. Сделать их своими. Пожалуйста, повернитесь друг к другу, обсудите, а потом поделимся мыслями.

Амбар наполнился восторженным щебетанием, но оно прервалось, когда Смирение выкрикнула:

– Что за цель, о которой вы не можете перестать думать?

Ее брови хмуро сдвинулись. Голос звучал грубо.

Все уставились на Смирение. Любовь прожигала ее сердитым взглядом.

Дядюшка Спаситель поднял брови:

– Ах, хороший вопрос. Есть предположения, дети?

– Просто скажите нам, – сказала Смирение, заработав строгий взгляд от мамы.

Дядюшка Спаситель встал и вновь вышел на середину. Он потер ладонями бедра, словно нервничая, шагнул между мамой и Смирением, встал на колени позади них и положил ладони им на спины. Любовь не отрывала от них взгляда, мечтая, чтобы он положил ладонь на нее.

Улыбаясь всем, он подождал, пока все внимание будет приковано к нему. Тогда он сверкнул глазами и серьезным голосом произнес:

– Идеалы Бобби, если следовать им от чистого сердца, используя все возможные методы для достижения абсолютной чистоты, могут, я уверен, дать последователю способность пережить любого, возможно даже жить вечно.

Он замолчал и обвел помещение взглядом. Любовь тоже. Все взгляды в амбаре были направлены на ее дядю. Она мысленно повторила его слова, и у нее перехватило дыхание. Мысль о вечной жизни была невероятной.

Дядюшка Спаситель мудро кивнул:

– Серьезно, мне нравится думать об этой финальной стадии – стадии, которую человек должен достичь, чтобы добиться своей цели, – как о полном просветлении.

– Это невозможно, – буркнула Смирение достаточно громко, чтобы люди услышали.

Любовь представила, как пинает сестру по щиколотке, чтобы та заткнулась, но ей не пришлось.

Дядюшка Спаситель убрал ладонь со спины Смирения, встал и вернулся в центр круга. Он посмотрел вниз на Смирение и широко развел руки.

– Жизнь такая, какой ее делаешь ты, дорогая Смирение. Если ты выбираешь не открывать свое сердце и разум, как твой отец до тебя, это полностью твой выбор, но я выбираю надежду и вечное счастье. Я выбираю верить в жизнь, любовь и все хорошее. Все мы здесь прекрасно уживаемся, и я так благодарен за эту малость, эти узы, эту самоотдачу, которые создают сердечное братство, нашу собственную семью, которая выходит за границы генетических характеристик.