Поединок трех сердец

Судя по всему, между этими двумя что-то было, скорей всего именно в тем два года, когда Роберт стал шестнадцатилетним осиротевшим подростком. Теперь это «что-то» сгущалось и приобретало очень чувственную окраску.

За разговорами время пролетело незаметно и через час они добрались до тенистой рощи, где решили побродить пешком. Здесь было не так жарко, а ступать по усыпанной песком дорожке – особенно приятно. Чтобы не казаться невежливой, а может из истинного интереса Венеция пыталась разговорить Хантера, но он отвечал кратко и выглядел очень задумчивым.

Присутствие привлекательной спутницы сделало его еще более неразговорчивым, а поддерживать беседу как Роберт он никогда не умел.

– Как ваша нога, полковник, не внушает беспокойства? Что говорят доктора? – в словах звучало настоящее участие, и собеседник невольно смягчился.

– Пустячный случай. Не стоит того, чтобы об этом говорить.

– Не слушай его, Венеция, если бы не железное здоровье, прости, Хантер, но буду называть все своими именами, неизвестно чем бы все закончилось.

– Вы долго пробыли в госпитале? Тогда вам действительно стоит погостить в Пембрук-холле. Говорят приятные мысли и красивые пейзажи целебно действуют на здоровье.

– Вы правда так считаете? Ну что ж, тогда я вдвойне рад, что приехал.

Они добрались до небольшого склона и Венеции пришлось опереться на руку полковника. Ступая рядом, она чувствовала и недюжинную силу, присущую настоящему военному, и заботливую предусмотрительность. Мэтью Хантер не был человеком светским и не умел понравится, как его друг.

Роберту это удавалось в любом обществе. Он легко расточал улыбки и комплименты, прекрасно танцевал, любит играть в бильярд и красовался в седле как никто другой. Прогулки на природе радовали его ничуть не меньше балов, в чем всей компании вскоре пришлось убедиться.

– Хантер, взгляни сюда! – граф указал куда-то вдаль. – Отличное место для рыбалки! Здесь водится серебристая форель, а теткина кухарка отменно готовит рыбу. Как ты считаешь, стоит завтра пораньше туда наведаться?

Полковник отпустил руку своей спутницы и отправился изучать поросший ивняком тенистый спуск.

Венеция осталась у самого края пруда, глядя на воду и из задумчивости ее вывел шепот возле самого уха.

– Как понравились розы моей дорогой кузине? – Роберт улыбнулся, отмечая вспыхнувший на ее щеках румянец. – Бедная тетушка еще не видела, во что я превратил ее оранжерею.

– Прекрасные цветы, но это было безрассудно.