Молчание костей

Я чувствовала, как внутри узлами нарастает напряжение, прямо как при общении с ней; и тишина была такая же гнетущая, полная потаенных мыслей.

Наконец наше напряженное путешествие подошло к концу: впереди показалось внушительное здание Столичного ведомства полиции. Оказавшись перед ним впервые, я перепутала его с дворцом – и немудрено: богато украшенные ворота, красные деревянные балки, черепичные крыши.

– Что ты чувствуешь, когда врешь, тамо Соль? – внезапно спросил инспектор Хан.

Я не сразу поняла, что он ждет ответ.

– Я начинаю волноваться, господин.

«Прямо как мгновение назад».

– Тревога весьма действенно влияет на человека. Она везде оставляет следы. В манере речи, в цвете щек, в жестах рук.

Я вспомнила глаза служанки Сои – темные неизведанные омуты. И рискнула задать последний вопрос:

– А глаза, господин?

– Иногда выдают и они. Секреты делают людей безрассудными.

– А если человек долго и странно смотрит на тебя?

Он перекинул ногу через седло и легко спрыгнул на землю.

– Бывают такие лжецы, которые пристально смотрят прямо в глаза. Они хорошо умеют манипулировать людьми и контролировать их.

Прежде чем я успела сказать что-либо еще, он передал поводья слуге и зашагал к зданию. Я же замерла перед воротами, чувствуя, как становлюсь меньше: голова сама собой склоняется, плечи втягиваются, одна рука прячется под другой.

Я опасливо прошла внутрь. Во дворе царил сущий беспорядок. Мальчишка-слуга с грязным лицом толкал тележку с поскрипывающими колесами; мимо шли служанки с подносами, на которых были аккуратно разложены закуски. Откуда-то вынырнули полицейские Го и Кён с деревянными носилками, где лежал труп под соломенной циновкой.

– Инспектор Хан! Вы приехали! – с самодовольной ухмылкой встретил его Кён.

– Что такое?

– Командор приказал перенести юную госпожу О в смотровую.

– Переносите, – инспектор Хан обернулся через плечо: – Соль, помоги им.

Я уставилась на носилки. Из-под циновки выглядывали безжизненные серые пальцы. «Я не хочу к ней приближаться!» – хотелось воскликнуть мне. Но перед инспектором Ханом я, конечно, промолчала.