Лепестки Белладонны

Я рада, что ты в порядке, – посмотрела на Джека. – Вы оба.

Джек в такие минуты жалел, что его супруга не импульсивная и эмоциональная барышня, а тихая и мудрая женщина. По бесцветному тону жены он так и не понял, злится ли она.

– Я не злюсь.

Мысли читать определенно умеет.

– Девочка славно повеселилась. От рок-звезды вполне ожидаемо что-то подобное. – Лиз говорила мягко и, замолчав на секунду, обратилась к сыну: – Джо, сходи за Питером и помоги накрыть на стол в саду.

Когда сынишка пружинистой походкой убежал из кухни, Джек подошел к супруге, обнял ее за плечи и переспросил:

– Ты точно не злишься? Клянусь, я… Я не успел ничего понять.

Он бы на ее месте злился. От мысли, что какой-то мужик танцует вокруг его женщины, кулаки зачесались.

Элизабет запрокинула голову, встретилась с мужем взглядом и тепло улыбнулась – у Джека перехватило дыхание, и он не удержался от поцелуя в ее сладкие губы. Пошел ниже, по ее щеке к шее.

– Переживаю за тебя. – Лиззи мягко выпуталась из его рук и встала к столешницам.

Ее голос дрогнул, выдавая тревогу. – Не сорвись, ладно?

Джеку стало безумно стыдно за то, что он сразу все не рассказал и побоялся реакции самого близкого человека. Он крепко обнял жену, зарываясь лицом в ее волосы.

– Мне не нужен мир без тебя.

– Джек, я серьезно! – Она звонко хихикнула, когда Льюис чмокнул ее в висок. Но тон остался твердым. – Я слишком люблю тебя, чтобы верить прессе. И переживаю вовсе не за то, что юная девушка уведет тебя… – Лиз печально улыбнулась, а у Джека свело живот.

Он знал: жена молча соберет вещи – свои и мальчиков – и уйдет от него. И это убьет его сильнее истерик или битой посуды. Джек испугался возможного итога, а Элизабет добавила: – Меня волнует стресс вокруг тебя. Идем завтракать.

Когда Льюис вышел в сад, то запретил себе думать о плохом. Чудесная погода, необычайно теплая для осени, родные люди рядом и стол с завтраком под ветвистым дубом. Лиззи поставила на скатерть кофейник и тарелки, Джонни – банку с джемом и столовые приборы, а маленький Питер гордо нес корзинку с хлебом.

В центре стола были панкейки с кленовым сиропом.

Джонни отодвинул для Элизабет стул, и она, хихикнув, сказала:

– Ты воспитал джентльмена!

Улыбнувшись в ответ, Джек помог четырехлетнему Питеру забраться на стул, хотя ребенок упрямо норовил перебраться на отцовские колени. Это утро наполнено смехом и беседами о планах на будущую неделю. Ничто не напоминало Джеку о концерте Белладонны.