Механики. Красный песок

С проворностью каких-то горных козлов забираемся на них. Они не большие, так что забрались быстро.

– Твою мать, – выдал Слива, когда мы разглядели бурю.

А у меня если честно внутри всё похолодело. На нас шла стена песка, камней и пыли. И была она очень большой.

– Вон они, – тыча рукой, крикнул Грач, уже стоявший рядом с нами с биноклем.

Тут на фоне быстро приближающей к нам бури мы увидели маленький вертолёт. Он летел на высоте метров 50, а за ним эта огромная стена песка.

– Давайте, давайте, жмите, – произнёс кто-то негромко.

– Пацаны, тяните к лагерю, – выхватив у Тучи рацию крикнул Туман.

– Стараемся, – сквозь помехи услышали мы голос одного из пилотов, – это какая-то странная буря, я таких у нас не видел.

– Плевать, жмите на всю.

Мы как заворожённые стояли и смотрели на вертушку, которая пыталась улететь от догоняющей её бури.

– Не успеют, не дотянут, – с досадой произнёс Грач.

Да что же это за буря такая? Покрутив головой в разные стороны, я так и не увидел, где она кончается, хотя отсюда видно и влево, и вправо на несколько километров.

– Какая же у неё скорость? – обалдело произнёс Грач.

То, что скорость бури превышает скорость вертолёта, поняли уже многие.

– Валите оттуда, – крикнул снизу Гера, – всем в укрытие, прячьтесь, тут сейчас всё сдует.

– Садитесь, садитесь, – снова заорал в рацию Туман.

В последний момент мы все увидели, как куча песка догнала резко пошедший на посадку вертолёт. Коснулся он лыжами этого оранжевого песка или нет мы уже не увидели, его просто накрыла оранжевая туча и мы разом услышали в рациях крики пилотов.

– В укрытие, – снова заорал Туман и следом за ним ещё несколько ребят.

Только мы успели спрыгнуть с этих валунов, только спрятаться кто где, и тут нас накрыло. Прям свет выключили. Мы только успели нырнуть под Камаз, лечь за его колёса и уткнутся мордой в песок, натянув очки и арафатки.

Дальше накрыло, грохот, треск, чьи-то крики. Всё мгновенно заволокло оранжевым песком, потом и красный добавился. Я чутка поднял голову, видимость почти ноль, я вижу свои руки, всё, дальше ничего не видно. Так продолжалось минуту или полторы, а потом раз – и всё стихло.