Кукла для колдуна

 – Отнеси в приемную аббатисе, передай лично в руки! А я размещу братьев в их покоях.

Не могу сказать, что я была рада подобному положению дел. В воздухе витало непривычное для нашего монастыря напряжение. Причем оно легко считывалось между мной, сестрой и незнакомцами.

– Как будет угодно, – покорно и тихо ответила я и уже собралась уходить, как вновь услышала тот самый хриплый низкий голос:

– Сколько вам лет, леди?

– Леди Марта Бейтс, – уточнила сестра, чтобы хоть немного разрядить обстановку и избавиться от неловкой паузы.

Если быть честной, вопрос застал меня врасплох. Исподлобья я кинула быстрый взгляд на две стоящие рядом тени. Они молчаливо покачнулись, их капюшоны поддернул ветер, а полы плащей разлетелись в стороны, и я заметила, что одним из спутников, сопровождающих незнакомца, оказалась женщина.

– Марта, ты можешь ответить, – сестра дала разрешение и одобрительно кивнула, а я лишь смогла сделала глубокий вдох, сжимая свиток в руках.

– Восемнадцать, милорд, – покорно склонила голову еще ниже, боясь пошевелиться.

Его внезапный интерес только заставил меня сильнее занервничать. С какой стати этот мужчина уточнял мой возраст, а главное – почему он явился сегодня, а не в тот день, который был условлен между королем и аббатством?

Странные эмоции переполняли мою душу. В таком, казалось бы, простом вопросе я почувствовала угрожающие нотки.

– Иди.

И что, простите, это такое было?

– Прощайте, – откланялась и буквально сорвалась с места, настолько было неуютно в окружении этой странной троицы.

Миновав цветочную клумбу, беседку и прогулочную зону, я скрылась в дверях центрального входа. В приемную аббатисы не пошла, свиток обжигал руки, а любопытство съедало изнутри.

Как бы сделать так, чтобы узнать, чем оправдывал столь резкие перемены король?

Пройдя пару метров по коридору, я свернула в одно из хозяйственных помещений, где хранились грабли, метла и ведра.

Сердце отбивало бешеный ритм. Я опасалась быть пойманной, но руки сами уже скручивали крышку заветного тубуса.

Вытряхнув письмо, я мысленно представила, что оно раскрылось. Вот бечевка рассыпается мелкой трухой, а сургучная печать становится немного жидкой и податливой. Единственное умение, что было мне подвластно – превращать желаемое в реальность. Это работало только относительно мелочей, как оказалось. Впервые это выяснилось в тот самый момент, когда я пожелала, чтобы сестре Сандерс под ноги выбежала мышь.