Граф-пират

– Просто граф решил, будто мой брат Джонатан на него похож, и сказал, что мистер Хардести тоже моряк.

Вайолет не стала рассказывать, как на самом деле повел себя граф, однако, судя по горькой улыбке Лавея, он догадался сам.

– Вот как? Интересно. Дело в том, что мы в последнее время только о нем и думаем, и неудивительно, если граф видит Хардести повсюду. Но я полагаю, он не желал нанести оскорбление вашему брату.

– Тогда мне хотелось бы узнать, что вы считаете оскорблением.

Месье Лавей улыбнулся:

– Чтобы вас успокоить, скажу, что, по слухам, мистер Хардести само воплощение обаяния.

С ним приятно оказаться за одним столом во время ужина, как мне однажды посчастливилось. Его манеры и речь необычайно утонченные, он определенно получил блестящее образование, хотя для меня остается загадкой, где он добыл свое состояние и где научился вести такую блестящую беседу. Он прекрасно осведомлен обо всем, что касается торговли. Его видели во Франции, Бельгии, Португалии, Испании и Марокко. В основном он привозит товары из Вест-Индии и с Кубы.

– Похоже, замечательный человек. И все же у меня такое впечатление, что вы не встретите его с распростертыми объятиями.

Лавея поразила проницательность Вайолет, и он приподнял брови, однако отвечать не спешил.

– Думаю, нет ничего страшного, если я вам скажу. Мы полагаем, что этот мистер Хардести на самом деле человек по прозвищу Кот. А он, как бы это помягче сказать, капитан судна – другими словами, пират.

Боже! Вайолет в изумлении замолчала.

Она не ожидала, что слова Лавея произведут на нее такое впечатление.

Однако она редко вела себя разумно.

– Но что пират может делать на балу?

– Мисс Редмонд, я уверен, Кот рискнет быть повешенным, если ему выпадет возможность потанцевать с вами. Возможно, именно по этой причине он и посещает балы.

Вайолет рассмеялась и удивленно покачала головой. Комплимент был таким безупречным и неожиданным, что от ее скуки не осталось и следа. Чуть заметный французский акцент был столь же приятен для слуха, как звуки менуэта из соседней комнаты.

Ободренный, Лавей продолжал:

– У нас есть некоторые доказательства того, что мистер Хардести и Кот могут быть одним и тем же лицом. Мистер Хардести, по-видимому, богат, однако разве за это его можно судить? Многие успешные торговцы нажили себе состояние.

– Я не стала бы осуждать человека за богатство, лорд Лавей.

Он улыбнулся, и его золотистые брови чуть дрогнули.