Улыбка Серебряного Дракона 2

Откуда она в Меролии? Я не слышал, чтобы тут хоть кто-то владел бы ею.

– Это старый вулкан. Наш заботливый Фатир нанял убийц, чтобы избавиться от меня.

– Он посмел???

– Ещё как посмел. Дорогой родственничек изрядно потратился не только на вооружённый отряд, но и на сильного мага, который лишил меня остатка сил, чтобы я не мог сопротивляться. Сам понимаешь, зачем ему такая компрометация, как бежавший заключённый? Как я доверился ему, понять не могу. Совсем пьянством мозги высушил, видно. И то, что он сейчас в тюрьме я не считаю достаточным искуплением.

Он должен сослужить нам службу, а потом умереть. В моём списке Фатир – номер один.

– А номер два – это Тэйвир? – Лукаво прищурился Фрэдевин.

– Даже не знаю, кого поставить его или Тангрифа. Может, сразу парой пусть идут? – Мрачно усмехнулся дракон Хаоса.

– А третьей будет Ильгрис? – лёгкое напряжение, прозвучавшее в голосе владыки, показало, насколько его волнует этот вопрос.

– Ильгрис у нас на особом месте, отец.

– Какое же место ты ей отвёл?

– Место моей королевы, – глаза Фрая смотрели прямо и жёстко в глаза отца, показывая, что в этом вопросе он не намерен уступать.

– Запала, значит, девчонка в душу. Но ведь она не твоя пара. Что с этим будешь делать? – Старый дракон не лез на рожон, понимая, что сейчас всё зависит от сына.

– Ничего не буду делать. Она будет моя. А вот что с этим будет делать Тангриф, я не знаю. Да и не узнаю, пожалуй. Потому что от него надо поскорее избавиться.

Фрэдевин молча кивнул.

Запала. Нет, влезла эта с*ка в душу сына, змеюкой вползла. И ничего теперь не сделаешь. Фрай, он с детства такой. Что вобьёт в голову, потом уже ни просьбами, ни наказаниями не выбьешь. Пока своё не получит, не успокоится. Ну пусть получит, а там, может натешится, надоест и можно будет по-тихому избавиться. Пока нужно разговор перевести.

– Так кто же будет третьим номером?

– Верховный дракон, конечно. Пора нашему клану брать власть в свои руки. Слишком долго мы были в тени.

Старый владыка чувствовал, что Фрай настроен решительно. Это радовало и пугало. Никогда у его сына не было таких амбиций, хотя видят их Славные Предки, он старался воспитать в нём родовую гордость, желание владычества и умение повелевать. Однако до самого его заключение в нём проявлялись лишь избалованность, самодурство и любовь к женскому полу. И вот, пожалуйста, сейчас перед ним сын, о котором он мечтал. Слава Хаосу, если это его влияние.