Сэру Филиппу, с любовью

Хорошо бы оно оказалось голубым – голубое ей наверняка пошло бы.

Впрочем, он был бы рад увидеть ее в любом платье, а еще бы лучше вообще без него… Поймав себя на этой грешной мысли, Филипп усмехнулся.

Филипп готов был увидеть ее в любом виде, но когда она предстала перед ним, он был поражен. Элоиза была вся в белом. Нет, не в белом платье – она была с головы до ног обсыпана чем-то похожим на муку. Черт побери, этого еще не хватало!

– Оливер! Аманда! – вскричал он.

– Оливер с Амандой давно убежали! – усмехнулась Элоиза, глядя на него воспаленными глазами – единственным, что не было покрыто толстым слоем муки.

«Что ж, их счастье», – подумал Филипп. Если бы дети сейчас оказались здесь, Филипп мог бы сделать с ними неизвестно что.

– Мисс Бриджертон! – Филипп протянул руку, чтобы помочь ей очистить лицо, но лишь размазал муку. – Ради бога, простите…

– Сэр Филипп, – резко проговорила она. – Раз и навсегда – не извиняйтесь больше за своих детей!

– Хорошо. Но уверяю вас… обещаю… что впредь…

Голос Филиппа вдруг оборвался – Элоиза посмотрела на него взглядом, перед которым спасовал бы любой мужчина, обладай он даже смелостью самого Наполеона.

– Сэр Филипп! – Голос Элоизы звучал тихо, но взгляд был таким, словно она собиралась броситься на него. – Прошу извинить меня – ужинать в таком виде я, сами понимаете, не могу.

Филипп инстинктивно попятился назад.

– Я не ошибся – это снова проделки моих детей? – осторожно уточнил он.

– Чьи же еще? – В голосе Элоизы, однако, не было сарказма.

– Далеко наверняка не могли убежать! – проворчал себе под нос Филипп, однако решил ничего не предпринимать. Пусть лучше Элоиза даст выход своему раздражению, а он будет пытаться разговаривать с ней так, словно ничего не произошло.

Может быть, это и не было лучшим решением. Но как бы она, чего доброго, не задушила его.

– Я думаю, им наверняка захочется посмотреть на результаты своих «трудов»! – усмехнулся Филипп.

Элоиза закашлялась, распространяя вокруг себя тучи муки.

– Они смеялись, когда высыпали на вас муку? – спросил он.

– Ведро свалилось прямо мне на голову. В таком состоянии я не могла ничего слышать!

– Разумеется, – забормотал Филипп, – не могли… – Взгляд его упал на большое железное ведро, валявшееся на полу. – Вы не ранены, Элоиза? – с тревогой спросил он.

– Вроде бы нет.

– Разрешите посмотреть. – Рука Филиппа потянулась к ее вискам, но Элоиза отстранилась.