Сэру Филиппу, с любовью

Филипп застыл на месте, пораженный, как по-дружески общается миссис Смит с его гостьей. С ним кухарка никогда не была так приветлива.

– Тогда, если не возражаете, – поднялась с табурета Элоиза, – переместимся в столовую. Вы можете не переодеваться, сэр Филипп, – я не имею ничего против вашей домашней одежды.

Прежде чем Филипп успел что-либо сказать, они уже очутились в той самой гостиной, где утром завтракали. Сейчас они сидели друг против друга за маленьким круглым столиком, что Филипп нашел гораздо более уютным, чем обеденный зал с его огромным, длинным столом, за которым он обычно обедал – чаще всего в полном одиночестве.

Филипп нахмурился. Ему не очень нравилось, что гостья уже начала хозяйничать в его доме, указывая ему, когда они должны обедать и где. Если эта бойкая девица станет его женой, то как бы не оказаться у нее под каблуком…

– Я уже имела удовольствие пообщаться с вашими детьми, – заявила мисс Бриджертон, поднося свою чашку к губам.

– Я знаю, – откликнулся он. – Я ведь при этом присутствовал!

– Я имею в виду – еще раз, позже.

Филипп вопросительно вскинул бровь.

– Когда я вышла из спальни, оказалось, что они поджидали меня под дверью.

Филипп напрягся. Подкарауливали ее под дверью? Зачем? Чтобы высыпать ей на голову мешок живых лягушек или, что совсем не лучше, дохлых лягушек? Если с гувернантками они вытворяли подобное, то вполне могут и с гостьей, которую, судя по всему, невзлюбили с первого взгляда.

– Смею надеяться, – усмехнулся он, – вы не очень пострадали, если, как я вижу, остались живы?

– Да нет, не очень… – улыбнулась Элоиза. – Можно даже сказать, что нам удалось достичь некоторого взаимопонимания.

– Взаимопонимания? – Филипп напрягся еще больше. – Что вы этим хотите сказать?

Элоиза промолчала, тщательно дожевывая бутерброд.

– Обо мне вам не стоит беспокоиться, сэр Филипп, – заверила она его, прожевав.

– Может быть, – поинтересовался он, – мне стоит беспокоиться о моих детях?

Улыбка гостьи была обезоруживающей.

– Ни в коем случае, сэр.

– Что ж, уже хорошо… – пробубнил Филипп, сосредоточившись на своем сандвиче. Немного погодя он вновь посмотрел на нее. – Мисс Бриджертон, – начал он, глядя ей прямо в лицо, – я должен извиниться за то, как я принял вас сегодня утром. Это действительно было не очень достойно.

Элоиза рассеянно кивнула:

– Ничего страшного.