Украденный свет

Учитывая, что сейчас раннее утро – может, чуть позже шести, – спешащих по делам людей немного, так что смешаться с толпой явно не выйдет.

А значит, надо найти одно из своих укромных местечек. Где-нибудь затаиться, пока спектральный мир не померкнет.

Я мысленно перечисляю на бегу безопасные места. Ближайшее – закуток под мостом через реку Платт, примерно в восьми кварталах отсюда. Белая аура, окружающая мое тело, с тем же успехом легко может послужить летающим в небе созданиям вывеской «КУШАТЬ ПОДАНО», но проточная вода меня спрячет.

Вылетев на полной скорости из переулка, я сосредотачиваюсь на своей конечной точке. Преследующим меня людям за мной ни за что не угнаться. А раз на выходе из переулка меня не караулит цепочка светящихся аур, можно предположить, что они отстали.

Я игнорирую звуки и образы, привлекающие мое внимание.

Мысленно я уже наметила себе маршрут: четыре квартала прямо и три квартала на восток.

Мои глаза по-прежнему прикованы к дороге.

Я пролетаю три квартала всего за несколько секунд. Остается надеяться, что люди, проезжающие мимо, не заметили размытое пятно, несущееся по улице.

Я уже собираюсь повернуть за угол четвертого квартала, когда с неба срывается тень и приземляется передо мной.

Резко остановившись, чтобы не столкнуться с ней, я слышу позади себя характерный глухой удар.

Страх огненной дорожкой ползет вверх по позвоночнику и взрывается в мозгу, как хлопушка.

Монстры меня нашли.

Окружающие меня темные фигуры – просто бесформенные сгустки тьмы. Они напоминают движущиеся черные дыры. Их края нечеткие, я словно вглядываюсь в плотный туман. И я не могу посмотреть сквозь их тела – если эту тьму действительно можно считать их телами.

Если в этой реальности я словно вижу мир через залитый солнцем калейдоскоп, то существа передо мной выделяются отсутствием цвета. Как будто впитывают в себя красоту этого мира. Им мало просто затмевать свет, они стремятся поглотить его.

Фигуры по обе стороны от меня колышутся и двигаются, словно позируют. Я не знаю, кто они и чего хотят помимо того, чтобы причинить мне боль. Мое тело покрыто шрамами от их острых когтей – я никогда не вижу их, но чувствую, как они рассекают мою плоть.

А так как никто больше не видит этих отвратительных тварей, мои приемные родители и социальные работники всегда думали, что я сама наносила себе увечья.