Механики. Замерзшее озеро

Только несколько раз по сторонам что-то хлопнуло, хлопки сильно похожи на взрывающийся шифер. Второй обстрел был сильнее первого.

– Видать, уроды поняли, что мы сержанта грохнули, вот и начали по нам лупить, – стряхивая со своей головы землю, сказал Клёпа.

– Командиры отделений, доклад, быстро! – взявшись за рацию и отряхнув её, заговорил Туман.

– Первое отделение – двое убитых, пятеро ранено, второе отделение – трое убитых, один раненый, третье отделение – командир убит, остальные все целые, – посыпались доклады.

Через пару минут мы уже знали, что у нас одиннадцать человек убитых и ещё четырнадцать раненых. Причём, все последние погибли из-за обстрела, во время схватки с ежами никто не погиб, раненые есть, но ежи так и не смогли никого грохнуть и сожрать. Видать, шахтёры с кирками и лопатами страшное оружие. И уничтожены две пулемётные точки.

– Здоровых бойцов осталось чуть больше сорока человек, – выслушав доклады, сказал нам Туман – ещё одна такая атака и всё, патронов почти нет.

– У меня один магазин остался, – добавил Клёпа.

– Я пустой, – вздохнул я, показывая на свой автомат.

– Пять, нет, шесть патронов, – проверяя свою помпу сказал Слива.

– А у меня вообще ствола нет, – виновато улыбнувшись, сказал Клёпа, – меня взрывом с горы снесло, а потом меня Малыш уволок, некогда искать было.

– Ну и что будем делать дальше? – совсем невесело спросил Туча, – от ежей-то ладно, отобьёмся. А вот если эти уроды на тракторах попрут, нам всем хана.

По Туману я видел, как он лихорадочно пытается что-то придумать. Чешет, вон, то щёку, то затылок, но тут и дураку было понятно, что без огнестрельного оружия мы долго не выстоим. Нас осталось мало, мы раскиданы по всей территории шахты.

– Всем командирам отделений, слушать меня, – взялся за рацию Туман, – всем покинуть свои огневые точки и собраться в здании, где у нас раненые, будем там отбиваться. Давайте, мужики, пока тихо, все туда.

Малыш тут же закинул себе на плечо Клёпу, который опять стал матерится, и мы рванули через площадку к этому зданию.

Мы все грязные, оборванные, кто-то ранен, в крови и слизи этих ежей, в здании, недалеко лежат и стонут раненые, а мы им ничем помочь не можем.