Тайна

Она добрая и благовоспитанная женщина.

Грэхем замолчал и опустил глаза. Прошло полминуты, прежде чем он заговорил снова.

– Фрэнсис Кэтрин, мы не любим англичан. Ты не могла не заметить это за те годы, что провела вместе с нами. – В голосе его прозвучала насмешка.

– Она выросла на границе, – напомнил Джелфрид предводителю, почесывая заросшую бородой челюсть. – Наверное, ей трудно это понять.

Грэхем кивнул в знак согласия. Неожиданно в глазах его мелькнула какая-то догадка. Он повернулся к своим соратникам и, подавшись вперед, о чем-то тихо заговорил, а когда закончил, все дружно закивали.

У Фрэнсис Кэтрин сжалось сердце. Судя по торжествующему виду Грэхема, можно было понять, что предводитель нашел способ отказать в ее просьбе, не спрашивая согласия у лэрда.

Очевидно, Патрик подумал о том же. Его лицо потемнело от гнева. Он снова сделал шаг вперед. Жена схватила его за руку. Она понимала, что супруг решил во что бы то ни стало сдержать данное ей обещание, но не хотела, чтобы он выступал против совета, за что мог быть сурово наказан.

Она изо всех сил стиснула его руку.

– Вы думаете, что раз мне этого не понять, то вы можете сами решать, что для меня лучше, а что нет. Не так ли?

Грэхема потрясла проницательность Фрэнсис Кэтрин, позволившая ей разгадать, что у него было на уме. Не успел он ответить на ее вызов, как вновь заговорил Патрик:

– Нет, Грэхем не может решать, что для тебя лучше.

Предводитель внимательно посмотрел на юношу и произнес с нажимом:

– Ты подчинишься решению нашего совета, Патрик.

– Один из Мэйтлендов дал слово, и это слово следует сдержать! – раздался вдруг громоподобный голос Йана.

Все разом повернулись к нему. Неотрывно сверля взглядом главу совета, лэрд произнес повелительным голосом:

– Не пытайтесь запутать дело. Патрик дал своей жене обещание, и оно должно быть выполнено.

В зале воцарилось молчание. Затем поднялся Джелфрид. Опершись ладонями о крышку стола, он наклонился вперед и гневно уставился на Йана:

– Ты здесь только советник, не более.

Йан пожал плечами.

– Я – ваш лэрд. Вы сами избрали меня, и теперь я советую вам с уважением отнестись к слову моего брата. Только англичане способны нарушать клятвы, Джелфрид, но не шотландцы.

– Тут ты прав, – кивнул Джелфрид.

«Один готов, осталось еще четверо», – подумал Йан.