Невеста

– Я не плачу, – отрезал он. – И я не муж-ш-шшина. Я – З-с-смей.

– Как это? – Я изумлённо выпучила глаза. Потом до меня дошло, я нахмурилась. – Издеваешься?

– Нис-с-сколечки, – помотал головой мальчик. – Я и правда З-с-смей.

– Ладно, – я кивнула, согласившись. – Почему же ты тогда плачешь, Змей?

Он посмотрел на меня, прищурился и ответил:

– Не хочу с-с-становитьс-с-ся Уж-ш-шиным ц-с-сарем. З-с-смеем быть прощ-ш-ше – ответс-с-ственнос-с-сти меньш-ш-ше. Да и можно полз-с-сать где вз-с-сдумаетс-с-ся с-с-сутками напролет.

– То есть, ты боишься принимать на себя эту, как ее там… – Я задумалась, забыв слово, которое мальчик только что назвал.

– Ответс-с-ственнос-с-сть.

– Точно! – улыбнулась я. – А что это такое?

Мальчик посмотрел на меня так, будто в жизни не видел человека глупее. А я что? Я всю жизнь в деревне прожила. Оно и понятно.

– Ответс-с-ственнос-с-сть – это когда ты делаеш-ш-шь то, что надо, а не то, что хочетс-с-ся. И делаеш-ш-шь, это, что бы это ни было, вовремя.

– Звучит так себе, – согласилась я, присев на бревно подле мальчика. – А почему ты просто не откажешься?

– Ес-с-сли бы вс-с-се было так прос-с-сто! Дело в том, что отказ-с-саться нельз-с-ся. Выбирать из нас-с-с, меня и ещё пятерых братьев, будет Уж-ш-шиный ц-с-сарь, наш отец-с-с. И он видит нас-с-с и наши пос-с-ступки нас-с-сквоз-с-сь. То есть, я конечно могу с-с-сейчас убить тебя, например. – Он повернулся и грустно посмотрел на меня своими прозрачными серыми глазами.

– Убивать меня – точно плохая идея, – улыбнулась я. Страшно мне не было, опасности от этого странного мальчика я не чувствовала, потому продолжала сидеть рядом.

– Вот и я об этом ж-ш-ше.

– Слушай, но может быть, ты получишь что-то хорошее, кроме ответственности. Стать царем, это ведь ещё и власть!

– На кой черт мне с-с-сдалась эта влас-с-сть? – горько усмехнулся мальчик.

– Ну, например, ты сможешь на завтрак, обед и ужин есть конфеты, и никто тебе не запретит! – воскликнула я, представив, какое это было бы счастье.

Мальчик снова внимательно посмотрел на меня, и взгляд его изменился. Будто до этого он видел только сопливую малявку, а теперь заинтересовался.

– Ладно, может, так будет даж-ш-ше лучш-ш-ше, – улыбнулся он.

И такой красивой оказалась его улыбка, что я залюбовалась.

– Улыбка идёт тебе больше, чем слезы, – призналась я.