Механики. Том 3

Только эти 30 километров через пески прорваться надо будет и всё.

Да уж, снова этот мир меня, да и не только меня удивил. Вон ребята стоят мнениями своими обмениваются. Плато – это конечно хорошо, можно ехать в любом направлении, рано или поздно куда-нибудь приедешь.

– А чё вернулся-то так рано? – неожиданно спросил у него Слива, – у тебя же топлива полный бак. Мы тебя часа через два-три только ждали.

– Да движок что-то барахлить стал, вернее протечка где-то образовалась, убежало топливо из бака.

Побоялся что ветер кончится и придётся садится, а до вас далеко.

– Люди, машины, животные? – спросил я, – видел кого?

– Не-а, тишина полная, никакого движения. Может конечно и есть кто, только за деревьями невидно ничего.

– Как дальше поступим? – спросил Митяй.

– Собираемся и едем к группе этих оазисов, – немного подумав сказал я, – там обустроимся чуток, возможно переночуем и дальше. Сколько до них километров по Плато?

– По пустыне 30 и по Плато ещё столько же, может больше чуток, – ответил Саныч.

– Протечка говоришь где-то? – внезапно раздался голос Сели сзади нас.

Мы обернулись и увидели, что он стоит около двигателя Саныча, который к его крылу был прикреплён и с озадаченным видом на него смотрит. Потом он нагнулся и что-то из него вытащил.

– Чё там? – крикнув, спросил у него Маленький.

– Причину протечки нашёл, – выпрямляясь ответил Селя и показал нам что-то в руке.

Мы тут же подошли к нему, и я офигел.

– Вот же млять, – озадаченно протянул Саныч.

Как? Кто? Откуда? Вопросы тут же вихрем возникли в голове.

– Видимо кому-то не понравилась твоя жужжащая хренотень, – выдал Митяй, – и тебя просто попытались сбить. Высоко над оазисами то кружил?

– Да я не помню уже, – пожал тот плечами, – снизился, покружил и дальше полетел. Я там высоту не мерил.

– Это арбалетная стрела, – взяв её в руку сказал Слива, – и бьёт она метров на 100 легко.

– Это то ты с чего взял? – испуганно спросил Саныч осознав, что в него стреляли.

– Вот посмотри сам, – протянул Слива ему её, – видишь на её кончике небольшие зазубрены, как на ножах делают, чтобы либо проволоку резать, либо порвать чего надо. Вот и на стреле тоже самое.