Лучшее свидание

Лана взяла ручку и поставила подпись, понимая, что он больше ничего не расскажет, пока она это не сделает. Отложив ручку, она подвинула к нему бумаги, и он убрал их обратно в папку.

Лана ждала продолжения, сидя совершенно неподвижно – подолгу сохранять неподвижность она научилась на фотосессиях. Выражение ее лица было нейтральным, по нему ничего нельзя было понять.

Наконец красавец-итальянец заговорил.

– Я оказался в ситуации… – Он сделал короткую паузу и вздохнул. – Которая требует от меня определенных действий.

Замолчав, он плотно сжал губы. Лана обратила внимание на побелевшие костяшки его пальцев – уж больно крепко он сжимал подлокотники кресла.

«Да он нервничает!» – догадалась она и задалась вопросом, что же послужило причиной его волнения.

Следующие его слова все объяснили.

– Я хочу, – сказал он, – обсудить возможность брака между нами.

Сальваторе поразился собственным словам. Если бы была такая возможность, он бы забрал их обратно.

Неужели он действительно все это сказал?

Да, наверняка.

Что ж, поздно идти на попятный. Остается один путь – вперед.

Его губы растянулись в слабой улыбке.

– Да, согласен, это не то, чего вы ожидали, – сказал Сальваторе. – Однако у меня для этого есть веские причины – и вполне разумные.

Лана сидела неподвижно и отвечать не собиралась, однако он все равно поднял руку, словно призывая ее к молчанию.

– Выслушайте меня.

Секунду он собирался с мыслями.

– Мне необходимо в кратчайшие сроки найти женщину, которую я мог бы представлять как свою жену в течение длительного периода времени.

Опустив руку, он немного отодвинулся от стола и принял более расслабленную позу. Лана же продолжала сидеть в той же позе. Она будто заледенела, ее лицо так и оставалось бесстрастным.

«Как же она красива!» – подумал Сальваторе.

Она была одета очень скромно: в узкие брючки, серый облегающий топ и в свободную куртку, ее волосы были собраны в хвост, на лице практически не было косметики. Однако она действовала на Сальваторе так же, как и в первую их встречу.

«Она отказала мне в тот раз – откажет ли сейчас?» – спросил он себя.

Вздохнув, он заставил себя приступить к рассказу и приложил все силы к тому, чтобы его голос звучал ровно.