Тайна мадам Лефевр

 – На ваши щечки наконец-то вернулся румянец. Прогулка явно пошла вам на пользу. Нужно чаще бывать на свежем воздухе.

Элоди умолчала, что ее щеки раскраснелись вовсе не из-за прогулки по саду, а из-за властного и очень опасного мужчины.

Его прикосновение едва не воспламенило ее. Много лет минуло с тех пор, как она в последний раз испытывала подобный физический отклик. Это ощущение воскресило воспоминания о первых годах брака с мужем, ныне покойным, от одного взгляда которого в теле разгорался пожар.

Она отогнала прочь эти мысли, зная, что им на смену придет печаль.

Из-за подобной реакции путешествовать в обществе Уилла Рэнсли опаснее, чем она предполагала сначала. Но об этом она побеспокоится потом, сейчас есть дела и поважнее.

– Я принесла вам отличный ужин. – Горничная поспешно расставляла на столе тарелки, раскладывала серебряные приборы и зажигала свечи. – Фрау Лювенс приготовила пирог с мясом и яблочный штрудель. Вы ведь не откажетесь отведать, правда?

Впервые за долгое время мысль о еде не вызвала у Элоди отвращения, чему она очень удивилась.

Осознание того, что она наконец-то перестанет ждать и отправится в Париж, оказало чудесное воздействие на давно пропавший аппетит.

– Все выглядит таким вкусным, тебе даже не придется меня уговаривать. Ты ведь присоединишься ко мне, правда? Заодно и свежие новости расскажешь.

Слушая подробный рассказ Клары о событиях дня и работе в Гранд-отеле, куда та устроилась, когда Элоди достаточно поправилась, и за ней больше не нужно было ухаживать, она украдкой посмотрела в окно.

Хотя отсюда не было видно большей части дорожки, тайно окинув взглядом сад, она заключила, что месье Рэнсли ушел.

Клара уже сняла крышки с блюд и позвала ее к столу:

– Идите скорее есть, пока мясной пирог не остыл. Грубер дал мне больше хлеба из кухни отеля. Как же я рада, что к вам вернулся аппетит! И как раз вовремя, теперь мы чаще сможем позволять себе есть мясо. Мадам Лебрюж уж так расхваливала вашу последнюю вышивку, и я сказала, что со следующего заказа плата поднимется на десять шиллингов.

Она даже возражать не стала! Надо было увеличивать на двадцать.

Элоди села за стол и, дождавшись, когда горничная примется за мясной пирог, сообщила:

– Я не возьму нового заказа. Я уезжаю из Вены.

Клара перестала жевать и, подняв на хозяйку глаза, стала стирать салфеткой пряный соус с подбородка.

– Уезжаете? Но как? Вы же говорили, пройдут долгие месяцы, прежде чем вы накопите достаточно денег.