Лес тысячи фонариков

Не обращая на него внимания, девушка разглядывала простое маленькое зеркальце в круглой оправе. Из-под тонкого слоя пыли на нее глядело отражение, настолько искаженное полированной бронзовой поверхностью, будто это было лицо незнакомки.

Сифэн дотронулась до своей гладкой, нежной щеки и тут увидела в зеркале нечто странное.

У нее за плечом, среди снующей толпы, стоит наблюдающий за ней человек. Лысый, крепко сбитый, в простом монашеском одеянии и с глазами, сверкающими, как темные кристаллы.

Она обернулась с бешено колотящимся сердцем – позади нее не было никого похожего на этого человека.

Снова глянув в зеркало, девушка едва не закричала: он не только был там, но теперь стоял прямо позади нее, настолько близко, что от его дыхания шевелились волосы на ее лице.

Ее лице…

Мерзкий, отвратительный рубец, как и прежде, свирепо сверкал на левой щеке Сифэн. Он был втрое больше прежнего, тянулся от глаза к подбородку и сочился зеленоватым гноем. Рот девушки открылся в беззвучном крике, рука задрожала, и отражение затуманилось.

Но ее пальцы по-прежнему прикасались к гладкой и лишенной изъянов коже, какой та всегда и была. Стоявший сзади монах поклонился и растворился в толпе.

– С тобой все в порядке, красавица? – спросил ремесленник. Он и двое покупателей уставились на нее. – Можно мне поймать тебя, если надумаешь падать в обморок?

Сифэн отшвырнула зеркало и кинулась прочь. В голове прокручивались мысли о двух монахах, заночевавших с ними на стоянке и исчезнувших до рассвета.

Ей снился один из них, но то был всего лишь ночной кошмар.

Но что же случилось на этот раз? Еще одно зловещее видение средь бела дня, вдали от Гумы с ее ядовитыми курениями?

Девушке не стоило обольщаться: она знала наверняка, что Гума найдет способ отомстить. Возможно, тетка отправила вслед за ней монаха, чтобы тот повсюду следовал за Сифэн и пугал ее – таким образом Гума могла выполнить свое обещание «никогда не оставлять Сифэн в покое».

Сифэн проталкивалась сквозь толпу, ее глаза застилали слезы. Она хотела сделать все, чтобы убежать от проклятого зеркала так далеко, как только это возможно.

9

Вечер и следующее утро, которые они провели в дороге, прошли без приключений. Сифэн постоянно дотрагивалась до лица, чтобы убедиться, что рана не вернулась на прежнее место; она также время от времени оглядывалась назад, отчасти опасаясь, что монах может скрытно следовать за ними.