Лес тысячи фонариков

От голода у Сифэн заурчало в животе. Она с облегчением отметила открытые, дружелюбные лица людей, встретивших их возле костра. Четверо мужчин в иноземных доспехах жарили мясо; на краю площадки молчаливо сидели двое монахов в унылых коричневых одеяниях.

– Друзья, не найдется ли у вашего костра место еще для двоих путников? – вежливо обратился Вэй к стоящему ближе всех высокому бородатому воину – на вид ему было около сорока.

Мужчины заговорили между собой на странном певучем языке; Сифэн уже приходилось однажды слышать его от купцов, остановившихся у них в городе.

Они были родом из Камацу, лежащего за морем царства, и присматривали недорогую гостиницу, чтобы заночевать на пути в Императорский Город.

Самый юный солдат не принимал участия в разгоревшейся дискуссии. Его голова была обрита, как у Вэя, но если Вэю это придавало грозный вид, то у молодого человека лишь подчеркивало его мальчишеский облик. Он поднял на Сифэн ясные глаза.

– Не думайте, что мы не хотим, чтобы вы присоединились к нам, – сказал он уже на общепринятом языке.

 – Мои начальники просто обсуждают, где найти еще две тарелки.

Он в совершенстве изъяснялся на диалекте Великого Леса, царства, находившегося в центральной части империи. Сифэн иногда хотелось, чтобы ее образование включало изучение языков иных земель, но Гума не считала это необходимым.

– У нас есть свои, – быстро сказал Вэй, – но мы не рассчитывали остаться…

– Конечно, вы не рассчитывали, – ответил старший, бородатый воин.

 – Присоединяйтесь, отдохните у нашего костра, друзья, и разделите с нами трапезу – мы почтем это за честь.

Сифэн спешилась и застенчиво улыбнулась юному солдату, не забывая при этом следить, чтобы волосы прикрывали портящую ее лицо рану на щеке. При ближайшем рассмотрении она увидела, что на его доспехах было выгравировано изображение странного колючего морского существа, похожего на рыбу, но при этом с лошадиной головой.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – сказал парень, по-прежнему не сводя глаз с Сифэн, – мой друг Хидэки сейчас подаст вам еду.

И вашему… мужу.

В его голосе был слышен вопрос, но, заметив, что Вэй не расположен к откровенности, девушка придвинулась ближе к огню и стала молча греть озябшие руки.

Все мужчины, включая монахов, смотрели на нее, исключая разве что Хидэки, бородатого воина, накладывавшего путникам мясо. Вэй передал Сифэн тарелку с едой и обнял ее за плечи своей мощной рукой.