Железный ворон

Пока я разглагольствовал, в воздухе разлились Летние чары Киррана, и из-под земли у ног чудовища проклюнулись лианы, корни и колючки. Монстр остановился и зарычал, когда растительность обвилась вокруг его конечностей, сковала лапы и потянула к земле. Он напрягался изо всех сил, борясь с неизбежным притяжением. Тварь была сильна – и на какое-то время позабыла о нашем существовании.

Краем глаза я уловил промелькнувшую тень – это Никс метнулась вперед, перепрыгнула через ствол дерева и вонзила клинок в толстую шею существа.

Я надеялся, что это и есть обычный зверь. Стоя на коленях, я вогнал кинжалы ему в основание черепа, погрузив их по самую рукоять. Вообще, я не был настолько безжалостным, и мне не нравилось убивать подобным образом, но Кирран прав. Чем бы ни был этот монстр, он должен умереть. Никаких игр, никаких танцев вокруг да около. Лучше покончить с ним побыстрее.

Чудовище зашаталось и упало на четвереньки. Обвившие его туловище лианы и корни натянулись еще сильнее, приблизив череп к земле. Я увидел, как из темноты появилась Никс с клинками в руках и бросилась к голове монстра. Вероятно, на этот раз она хотела отсечь ее, и я подумал, что это очень мудрый ход. За редким исключением, какой бы прочной тварь ни казалась, чтобы оставаться в живых, ей требовалась голова. Я поспешно отодвинулся, не желая оказаться на пути световых мечей Никс.

Чудовище у меня под ногами зашевелилось. Я увидел, как оно подняло башку, а в пустых белых глазах, когда они устремились к Никс, появился леденящий душу блеск, и тут понял нашу ошибку. Оно подманивало нас.

– Никс! – крикнул я в тот миг, когда фейри сделала выпад, чтобы нанести смертельный удар. – Нет!..

Из лоз и корней вырвался массивный коготь, врезался в Забытую и пригвоздил ее к земле. Обхватив ее когтями, чудовище с легкостью поднялось с земли, обрывая остатки удерживающей его растительности.

Меня обуяла небывалая ярость, я кинулся вперед и вонзил кинжал в пылающий белый глаз.

Монстр завопил, забился в конвульсиях, затряс головой и попятился. Он отшвырнул Никс прочь, и щупальца на его спине и плечах снова ожили, вздымаясь вверх, как обезумевшие змеи.