Маленькое кафе в Копенгагене

Я ничего не могла понять. Где же документы, которые мы обычно получаем, – множество страниц статистики, с вычурными шрифтами, заголовками и подзаголовками о кредо, ценностях, истории бренда на рынке и размере ноги директора по маркетингу.

ЙЕМ[2 - Hjem (дат.) – дом.]

Перенести душу хюгге

в Англию, на Мэрилибоун-Хай-стрит

– И это все? – Не веря своим глазам, я смотрела на три строчки простого шрифта, на буквы, бегущие по белому листу, как следы по снегу. Вот она, моя отличная возможность. Она издевается, не иначе.

Глава 2

– Конни! – Я с криком влетела в квартиру и, бросив в разные стороны туфли и сумку, метнулась на кухню. – Нужна твоя помощь. Да – и вот это нам тоже понадобится.

Не сводя глаз с бутылки просекко в моей руке, Конни начала выбираться с насиженного места – из-за стола, вечно заваленного школьными тетрадями.

Наша квартира была очень удачным приобретением – с точки зрения доступности. Пол в гостиной был затянут тонким дешевым покрытием, через которое ощущался каждый гвоздик в половицах. Мебель – несколько разрозненных предметов – позволяла этому месту не выглядеть пустыней, но не более того. Главной изюминкой гостиной был телевизор с плоским экраном, подключенный к DVD-плееру. Он-то в основном и обеспечивал нам досуг: мы часто пребывали в расстроенных чувствах, по вечерам распивая бутылочку вина, сидя перед романтической комедией в одеялах, потому что в квартире царил вечный холод.

Тепло зависело от бойлера, но он отличался ленивым характером. Хозяин квартиры явно не горел желанием его чинить, а мы уже устали жаловаться.

– Просекко, ух ты. И год хороший. Из супермаркета, за шесть девяносто пять? – Глаза Конни загорелись, как всегда, когда речь заходила о спиртном.

– Нет, из «Маркса и Спенсера» на вокзале Виктория. Девять девяносто девять.

– Вот дерьмо. Так тебя не повысили? А что случилось?

– Случился этот недоносок Джош Дилэни.

– Что он учудил? – Конни так ни разу и не видела Джоша, поскольку он предпочитал встречаться со мной на своей территории.

– Что он учудил? Украл мою должность. И знаешь, что еще сделал этот подонок? – Голос у меня поднялся до таких нот, что позавидовал бы хор мальчиков. – Он украл мои идеи и выдал за свои.