Железный рыцарь

 – Я отступил, не разрывая зрительного контакта, не желая поворачиваться к нему спиной. – Как прежде уже никогда не будет, Пак. Не пытайся себя обдурить.

– Я и не забывал, принц. – Пак глядел на меня с печалью, а его зеленая радужная оболочка сияла в наступившей темноте. Молния ударила снова, затерявшись между деревьев, и гром ответил ей ревом. Следующие слова Пака не мог унести даже ветер. – Ты не единственный сожалеешь.

Я развернулся и двинулся от него прочь, ощущая, как сердце окутывает холодом и пустотой.

Мы нашли пещеру, или, правильнее сказать, раздражающий, нетерпеливый Грималкин привел нас к ней за секунду до того, как небеса развезлись и на землю обрушился ливень. Свет немедленно исчез, и я отступил в темный угол, оставив Пака присматривать за костром. Спиной прислонившись к стене, я поджал одно колено к груди и направил все свое внимание на плясавшие языки пламени.

– Итак, началось.

Грималкин возник рядом, он расположился на камне и следил за тем, как Пак поддерживает костер. Пламя отбрасывало свой свет так, что создавалось впечатление, будто у кота над головой висел оранжевый нимб. Я покосился на него, но он не шелохнулся.

– И что это значит?

– Я предупреждал, что путь будет непростым. Говорил тебе и Плутишке – вы понятия не имеете, что вас ждет. – Он повел ухом и чуть переместился, продолжая смотреть на костер.

– А куда мы идем? – спросил я мягко. Меня отвлекло внезапное шипение со стороны огня, и оказалось, Пак держал над костром освежеванного кролика. Даже не хотелось гадать, откуда он его взял, поэтому я повернулся к Грималкину. – Знаю, мы идем к Провидцу, но ты так и не ответил – куда.

Кайт ши прикинулся глухим. Зевнув, он лениво потянулся, выпустив когти над камнем, и рысью ускакал контролировать приготовление ужина.

Снаружи выл и разыгрывался шторм, склоняя деревья и под острым углом направляя дождь прямо в горловину пещеры. Костер бодряще потрескивал, облизывая тушку кролика, и пространство начал заполнять запах жареного мяса.

И да, что-то было не так.

Я поднялся на ноги и направился ко входу, наблюдая за штормом. В меня врезался ветер, капли брызгами орошали лицо.