Железный предатель

А перед уходом в школу я даже предложил ей посмотреть фильмы на моем ноутбуке, но она вздрогнула от одной только мысли об этом и отказалась. Хотя, когда летняя фейри застенчиво спросила, может ли это странное металлическое устройство воспроизводить какие-либо мелодии, я нашел станцию с классической музыкой и включил ее. Тихо, чтобы у родителей не появилось желания войти и выключить ее.

Теперь кровать была пуста, а на моей подушке лежала забытая книга в мягкой обложке. Музыкальная станция по-прежнему тихо работала, и я выключил ее.

– Аннуил, – снова позвал я, раздумывая над нелепым вопросом, стоит ли проверить шкаф или посмотреть под кроватью. – Где ты?

И снова никакого ответа. Едва заметное тепло и ароматы цветов, которыми наполнялась моя комната в присутствии Аннуил, тоже исчезли. Я вдруг вспомнил, что летняя фейри говорила об Угасании, и мой живот опалила острая боль. Неужели она просто… исчезла? Перестала существовать? Мой живот скрутило еще сильнее. Что бы сказал по этому поводу Кирран? Что бы он сделал, если бы узнал?

Я обыскал весь дом, отчаянно пытаясь найти Аннуил, но ее не было ни в гостиной, ни на кухне, ни в ванных комнатах, ни в подвале, ни в кабинете, а врываться в комнату родителей я сейчас не собирался.

Надеясь, что летняя фейри не ушла на улицу, забыв о грозившей ей опасности, я направился к задней двери, чтобы обыскать наш маленький, огороженный внутренний дворик.

Я рывком распахнул дверь и замер.

В нескольких ярдах от меня, взгромоздившись на деревянную ограду, стояла худая бледная фигура, а ее силуэт четко вырисовывался на фоне ночного неба.

Он стоял в профиль, повернувшись ко мне боком, и один большой бледный глаз искоса смотрел на меня с узкого лица.

Мое сердце на мгновение замерло, но как только я заметил незваного гостя, тот повернулся, будто хотел что-то сказать, и исчез. От неожиданности я подпрыгнул на месте, не веря своим глазам. Я никогда не видел, чтобы фейри просто испарялся, за исключением несносного серого кота.

– Ох, черт бы это побрал, – раздался высокий, четкий голос из ниоткуда.

 – Все время забываю об этом. Одну минутку, Итан Чейз.

Тонкий Мужчина повернулся, снова став видимым, и тогда я понял, что он вовсе не исчезал, а просто был действительно тонким. Как лист белой бумаги. Настолько худой, что его можно было разглядеть, только когда он вставал боком. Я удивлялся, как, черт возьми, ему удается стоять прямо, не говоря уже о том, чтобы ходить, учитывая, что он толщиной был с лист бумаги.